Меня начинало заводить это нытьё.
– Да угомонись ты, никуда она не денется! А денется – флаг ей в руки! Чего загоняться-то?
– Блин, Жек. Ты как будто не любил никогда.
Я задумался. А ведь действительно я никого никогда не любил. Одну хотел, с другой время проводил, но чувство любви к женщине мне не знакомо… Так ведь это же здорово!
Глава 7
Утром отправился работать, чтобы вечер провести с Ленкой. Я обманул, что не позвоню, если она не захочет. Мне было фиолетово, есть ли у неё желание увидеться, главное, что у меня оно имелось.
Готовился к тому, что сразу услышу отказ, но, на моё удивление, она резко согласилась.
Мы встретились в кафе. На ней было симпатичное синее платьице и лёгкий плащик. Волосы распущенные, помада на губах. В таком крутом прикиде я наблюдал её впервые.
– Да ты красавица! – воскликнул я, когда она подсела за столик.
– Спасибо! – её щёки зардели.
– Ну что, тебе жареных тараканов заказать или рябчиков в собственном соку?
Я протянул ей меню.
– Боюсь, здесь такого не подают. Жень, сколько ещё чуши умещается в твоей голове?
Она улыбалась, проводя внимательным взглядом по списку блюд. Я молча наблюдал, стараясь запомнить каждую черточку её милого фейса.
– Мне жульен и сок апельсиновый, – наконец определилась она.
Мы сделали заказ. Минут десять болтали ни о чём, пока Ленка случайно не брякнула, что у неё завтра юбилей.
– Да ладно! Сколько тебе, шестьдесят? Упс, сорри, пятьдесят пять?
– Женя! – взбунтовалась она.
Но не смогла справиться со смехом.
– Я ещё не настолько старая.
– Так куда мне приходить?
И тут она переменилась в лице:
– Нет, не смей. Извини, я вообще, наверное, зря согласилась…
И хотела было встать. Но я подсел рядом и удержал её, обхватив руками за плечи.
– Нет уж, раз пришла, значит, уже втрескалась в меня, и нас с тобой похоронят в одной могиле, – проговорил я с улыбкой, заглядывая в её ясные очи.
– Женя! Ну что ты несёшь?
Она собралась возмутиться, но я прервал её пылким поцелуем в губы. Почувствовал нервную дрожь и напряжение. И продлил наслаждение, пока она немного не расслабилась.
– Боже! – после воскликнула она, взявшись за голову. – Что ты делаешь? Что я делаю? Так нельзя! Вот я дура!
Я обнял её крепко и прижал к своей груди. Заметил, как вцепилась сзади в мою футболку.
– Ты чертёнок, – бормотала она.
Так мы стали встречаться. Украдкой. Втайне от всех, кроме Малого. Сам рассказал ему.
На днюху презентовал ей прыжок с парашютом. Правда, позже уже. Она чуть не убила. Но прыгнула. Сказала, что если буду такие подарки делать, то до следующего юбилея она точно не доживёт.
Забирал со школы, увозил подальше от района. Ездили в парк аттракционов, катались на американских горках, ходили в кино, на картинг, погуляли на лошадях… В общем, отлично время проводили. Она не казалась той занудной училкой, со мной она была просто классной девчонкой.
Глава 8
Как-то сидели с Малым на крыше. Загорали, подставив крепкие спины разгорячённому полуденному солнцу. Как всегда нас сопровождала гитара – подруга наша.
Я курил и брынчал «Тореро», хитяру с первого альбома Арии. А товарищ мой что-то домотался:
– Жек, с огнем играешь.
– С фига ли?
– Весь город уже гудит про вас с ЕЕ-шкой. А ты вообще знаешь, кто её муж? Бандюга какой-то. Он, возможно, уже ищет тебя.
– Кто ищет – тот всегда находит, – ответил я невозмутимо.
– Дурак, Жек, нафик тебе оно надо?
– Да плевать мне. Я так хочу!
– Эй, тореро, ты или бык? – спросил он словами из песни, остановив ладонью струны.
– Расслабься, Малой! Хочешь, буду приходить к тебе по ночам, когда меня шлёпнут?
Я возобновил мелодию. Он лишь покачал головой и вздохнул, как пень трухлявый.
Тут в его кармане затрещал телефон.
– Алё? Привет. Сдала уже? Уже вернулась? А мы тут на крыше тусуемся. Ага. Давай, звони!
– Катюха? – спросил я и запел вполголоса.
– Да, придёт сейчас. Экзамен сдала.
– Ты её отпустил? Помирились? – вставил я в песню.
– Ну да, так… Сказала, что будет по пятницам приезжать, выхи проводить вместе.
Мне не хотелось больше терзать его вопросами. Видел, что он переживает.
«Неба белый плато-ок
Кровь и желтый песо-ок…» – загорланили мы на пару.
Минут через пятнадцать Малому снова позвонила Катька. Заставила нас одеться и спуститься с крыши, видите ли, боится она.
Я не видел её уже так давно, что почти забыл, как выглядит. А она изменилась. Похорошела. Вместо джинсов и кед – юбка и каблуки. Волосы перекрасила в тёмный. Не узнал бы.