- Войди!
Стефа вздрогнула. Как Гая узнала. Что она здесь? Толкнула дверь и вошла. Ноги утонули в густой мягкой траве, едва она переступила через порог. Подавали голоса ночные птицы, деревья склоняли к Стефе старые, пряно пахнущие ветви.
- Снова ходишь во сне? - тихо спросила Гая.
- Я не сплю.
- Иди сюда.
Стефа подошла и легла рядом с Гаей. Гая завернула ее в одеяло и свои объятия.
- Я не сплю, - повторила Стефа глядя, как золотые птицы на ветках поправляют перья.
- Спишь. И это хорошо, ведь будильник еще не звенел.
Стефа молча согласилась. Запах курящей на столе палочки успокаивал, тепло одеяла расслабляло.
Будильник прозвенел где-то над головой. Стефа поднялась и оглянулась. Вот он ее телефон на столе. Палочка благовоний осыпалась серым пеплом, комната соседки стала обычной комнатой, освещенной тусклым утренним светом из зашторенного окна. Гаи рядом не было. Стефа встала, потрогала пальцами ног густой ковер. Надо и себе такой купить. Стефа оделась и пошла на кухню.
- Привет.
- Привет.
Гая была одета и собрана, уже нагрела завтрак.
- Когда ты успеваешь только, - привычно удивилась Стефа.
- Встаю на полчаса раньше, чем ты, - улыбнулась Гая.
- Я вчера не помыла посуду, - поняла Стефа, глядя на полную раковину.
- Нет.
- Сегодня помою, - пообещала Стефа.- Ты почему сегодня спала сама?
- Я разошлась с ним, - сказала Гая.
У нее это получилось очень легко и позитивно. Стефа выждала паузу, но продолжения не последовало.
- Отчего так? - поинтересовалась она между глотками чая.
- Ну, как-то так получилось, что мне не хочется жить с человеком, который возложил на меня ответственность за свое счастье, - пояснила Гая.
- В смысле?
- В смысле, бедняжка может быть счастлив, только если я буду делать то, что ему необходимо. Понимаешь? Потом-то я, конечно, могу заняться своими делами, ему бы этого хотелось, ведь он хочет развитую и образованную жену. В смысле, девушку. Не знаю, намеренно или по тупости, он упускает из вида, что у меня, как и у него, всего двадцать четыре часа в сутках.
- Погоди, жену? Он предложил тебе замуж?
- Оговорилась.
- Нет, ты не оговорилась.
- Не оговорилась. Да, предложил. Но с условием, что я брошу работу и рожу ему ребенка. Быстро, сейчас, срочно ребенка, лучше двух.
- А учеба твоя? И как это бросить работу?
- Мне только что дали большой проект, - уточнила Гая. - Мы ставим спецэффекты в фильме.
- Обалдеть! И ты ему отказала?
- Естественно. Ведь без этого, и без того, чтобы ставить мне условия, бедняжка никогда не будет счастлив.
- А подождать?
- Он не может ждать, - качнула головой Гая.
- Но ведь он работает... Охранником в торговом центре, да? Какие же дети с его зарплатой и неработающей женой?
- Да кого это гребет? - фыркнула Гая. - Главное - ребеночка родить, а потом я сама сделаю все хорошо. Поэтому ты с ним больше не увидишься.
- Я не замечала за ним такого, - удивилась Стефа.
- А как ты могла это заметить? Он избегал общаться с моими друзьями. Раздражаете вы его. И мне советовал не общаться. Я как-то молча психовала. Не рассказывала, не хотела сор из избы выносить.
- Надо выносить, - качнула головой Стефа, отнесла посуду в раковину и взгромоздила тарелки поверх тарелок. - Нельзя молчать. Сколько он тебе мозг выносил? Пол-года? Нервы у тебя одни. Я бы тебя поддержала, успокоила. По морде бы ему дала. Нужно выносить сор из избы, иначе мудаки остаются безнаказанными. Страшно представить, как тебе было тяжело в изоляции.
- В любом случае, я свободна. Найдешь мне парня - скажи, - Гая улыбнулась так, как умела только она, кажется, что даже больше, чем на тридцать два зуба.