— Не пропал сигнал? — перебросив автомат за спину, я надрезал с четырех сторон дёрн и легко вывернул здоровенный кусок земли.
— Отойди. — буркнул Леонид и дождавшись когда я уберу лопату из ямы, снова замахал прибором.
— Пиликает. — я тоже это слышал.
— Только мне кажется не совсем там где ты машешь...
— Я машу над ямой.
— А надо над сигналом. Где он сильнее и чётче, там и золото.
Леонид кивнул и покрутившись еще немного вокруг, уже увереннее показал на новое место.
Я снова обкопал и так же вывернул дёрн.
— Сверху нету, видать дальше сидит — звонкое пиликание колокольчика чётко пробивалось через наушники.
Я копнул глубже, откинул землю, и прямо из раздробленного комка выпал какой-то камень.
— Ни хрена себе! — схвативший находку первым, подпрыгнул Леонид и отбросил прибор в сторону — он звиздец какой тяжелый!
На вид не крупный, где-то с куриное яйцо, весил «камушек» весьма прилично. Когда он отдал его мне и я подкинул находку в руке, сомнений не осталось — это было золото.
— На сколько потянет, как думаешь? — усевшись прямо на землю мы разглядывали самородок передавая его друг другу.
— Кило, не меньше...
Еще со школы я знал что литр золота весит в районе двадцати килограммов, поэтому «оцененный» в яичко самородок весить должен как двадцать яичек. И это минимум.
— Надо мужикам рассказать...
— Для поднятия боевого духа?
— Угу. А то они как-то не активно двигаются. — я то и дело поглядывал на других участников поиска, и пока не заметил ни одного победного танца.
— Ща расскажем. Заодно и отметим. — Мы, ещё до того как сесть в самолёт, загадали в случае успеха это дело обмыть. Запас водки, точнее самогона, на борту имелся, я сам спрятал пару ноль пятых бутылок в ящичке для хранения ламп, которых там всё равно не было.
Лопату и прибор оставили возле ямы, — чтобы не потерять место находки, и довольные как стадо слонов — время ещё даже не обед, а мы уже такой куш сорвали, вернулись к самолету.
— Нашли что ли? — удивленно привстал со своего ящика дядя Саша.
— А то. — важно произнес Леонид. — Вон, зацени... — и подкинув самородок в руке, передал его летчику.
— Ох нихера себе! — не смог сдержать тот эмоций. — Чё оно такое тяжёлое то?
Наверное любой кто возьмет подобный самородок в руку, задаст такой же вопрос. Все знают что золото практически самый тяжелый металл, но мало кому удается воочию убедиться в этом. Одно дело колечко подержать — разницы в пол грамма можно и не заметить, и совсем другое такой кусман.
— Это на сколько же здесь? — продолжал закатывать глаза дядя Саша. — на мильен?
— Выше бери, я тут серёжки супруге делал — отозвался Леонид, он поставил складной столик и сейчас выкладывал из рюкзака продукты. — так оно потянуло всего четыре грамма, а денег с меня слупили почти десятку! И это разбодяженное!
— Ешки матрешки... — присвистнул лётчик. — и ведь наверняка он тут не один такой, всяко ещё есть...
В этот момент со стороны реки раздался победный вопль.
Орал Чуи.
— Да ты прям вангуешь дядь Саш, похоже ещё находка, вон как скачут.
Чуи, а с ним ещё двое, побросав лопаты и приборы, трусцой бежали к самолету.
— Вот мужики! — с размаху опустив крупный, немного больше нашего, самородок прямо на стол, — хрипло выдохнул Чуи.
— Етить колотить...
Я забрал находку со стола, охренел от её тяжести, и тут же представив что можно будет накупить, откровенно подвис.
— Оно как заорёт! Я аж подпрыгнул! Сразу понял — оно! — вещал Чуи, — копаю! А там точно! Оно! Оно блин!
Словарный запас здоровяка оставлял желать лучшего, но все понимали что именно он хочет сказать, уж очень эмоционально изъяснялся. Всего одним словом Чуи мог и порадоваться, и погрустить, и поругать, и даже попросить прощения. Вот такой человек.
На его крики подтянулись и остальные, только находок, кроме нашего яичка и чуевского яичка побольше, ни у кого не было.
— Вот... — Федор протянул руку, — наконечник скифский...
Зеленоватого цвета малюсенькая стрелка с дыркой в боку и шипом посередке сиротливо легла рядом с самородками.
— Жаль весы не догадались взять... — посетовал Петя. — Гарик, у тебя нет случаем?
— Не... батарейки сдохли, а аккумов таких нема... — помотал тот башкой, и не делая паузы обратился к Леониду.
— Слушай, а ты где свой кусок нашел, место отметил?
— Вон, фискарь торчит. — Ответил за Лёню Чуи.
Гарик хмыкнул, и ничего не сказав направился к желтеющей среди ковыля ручке лопаты.