Но я и сам уже примерно представлял где мы находимся, и где искать пикап с мужиками. Отсчитав нужное расстояние я снова повернул, и немного сбросил скорость. Мало того что густо пошли камни, так ещё и земля здесь какая-то неправильная, выросший за машиной столб пыли сводил на нет всю нашу маскировку.
— Ещё сбавь. — попросил Леонид. Пылевой столб немного поредел, но совсем не пропал.
Я переключился на вторую и тихонько, не больше двадцати километров в час, пополз вперед, старательно объезжая самые заметные проплешины. По идее еще минут сорок, и можно искать эту дурацкую чилигу.
Но планы изменились.
— Погоди-ка... Тормози. — коротко бросил Леонид, и не дожидаясь остановки выскочил наружу.
Поднимая пыль и скрипя, остановился и уаз. Леонид снова залез на капот и прильнул к окулярам бинокля.
— Что там такое Лёнь? — я открыл дверь и держась за бортик на крыше, высунулся наружу.
— На, сам посмотри. — передал он мне бинокль.
Я поднёс бинокль к глазам, и чуть покрутив настройку, повёл вдоль края города.
— Ближе бери, ближе и левее.
Последовав его совету, я навёлся и ахнул. Со стороны города к нам быстро приближались чужие машины.
Глава 35
— Сколько их, видишь?
Машины двигались почти прямо на нас, поэтому разобрать точное количество я не мог, всё сливалось, но их явно больше двух, может штуки четыре, или пять. О чём я и сообщил Леониду.
— Дай погляжу. — забрал он бинокль.
Если мой глазомер меня не обманывает, до нас им километров десять по прямой, фактически они только что выехали за пределы города.
— Видать заметили пыль и сразу рванули. — подтвердил мои догадки Леонид. — Если поторопимся, вполне можем успеть доехать до наших, тут недалеко уже.
Меня в этот момент посетило такое интересное чувство, это вроде когда ты готовишься к чему-то, а потом понимаешь что всё делал зря, и вдруг — р-раз! А вот и не зря! Не зря мы оставляли засаду, не зря мужики почти два дня в степи просидели, вообще всё не зря. Ну или как то так.
Подошёл Мишаня.
— Чего разглядываешь Лёнь?
— Да вон. — отвлёкся Леонид, — сам погляди...
Миша взял у него бинокль и поднес к глазам.
— Ну да. Серьёзно. — охарактеризовал он увиденное. — И чего делать будем?
Леонид усмехнулся.
— А что, есть варианты? План Б разумеется...
— Это какой?
— Пока за нами катись, а как рукой махну, обгоняй и гони что есть мочи. Ты понял?
Тот кивнул.
— Ну тогда всё, по коням.
И мы не задерживаясь разбежались по машинам.
Нервов не было, скорее наоборот, в предчувствии неизбежного меня одолела апатия. Даже не задумываясь что и как, я рулил куда указывал напарник, сосредоточившись непосредственно на управлении.
На пыль и тряску внимания уже не обращали, машины, гремя железяками, бодро неслись по степи. Но как бы я не давил на газ, преследователи уверено догоняли.
Проехали взгорок, вышли на плато, впереди я увидел чилигу.
— Как скажу поворачивай! — Леонид перебрался назад и периодически высовывался из люка.
Всё тряслось и гудело. Уаз практически летел над степью. Руль мелко вибрировал, старательно стремясь вырваться из рук. Настроение улучшалось.
— Поворачивай! — прокричал Леонид, и я не тормозя, потянул руль вправо. Раньше я боялся закладывать такие виражи, думал что уаз опрокинется, умом понимал что он хоть и высокий, а центр тяжести достаточно низко расположен, но никак не мог перебороть себя. Пока как-то раз не прокатился с одним из станичников, тот пол жизни проработал в скорой на буханке, и об уазах знал всё, так вот он такие фортеля выделывал, что глядя на это, мои опасения развеялись сами собой.
Потом я и сам попробовал, — там, возле дома, сначала закладывал радиус побольше, потом уменьшал его до тех пор пока машина не стала входить в повороты юзом. Единственное чего не хватало Зяме, так это двигателя, всё таки сто лошадей для такого крокодила как-то маловато.
Уаз выровнялся, я перегазовался, и с трудом воткнув вторую, полностью утопил педаль газа.
— Сбавь немного — прокричал Леонид, — Мишаню вперёд пропусти!
Втыкаю третью и тихонько подгазовываю, так чтобы не терять разгон, но и не сильно ускоряться.
В машине всё летает, солнечный козырёк свалился куда-то под ноги, кривой бьётся о железные ножки кресла, — он там всегда лежит, с боков поджатый, а сейчас видимо вылетел от тряски.
Буханка натужно ревёт и уходит вперёд. А в зеркалах уже виднеется погоня. Ну как виднеется, кто ездил на Уазе тот знает что такое его зеркала, — они трясутся так, что разглядеть хоть что-то практически нереально. Но это ладно, оглянувшись пару раз я убеждаюсь что преследователи уже рядом, ещё немного и можно будет разглядеть лица сидящих в первой машине.