— Ну так предупреждай. — нахмурился Леонид, и схватив парня за шкирку, затащил его в салон.
— Вас хотят ограбить и убить. — без долгих предисловий сообщил тот, разбрызгивая по салону аромат алкоголя.
— А подробнее? — ещё пуще нахмурился Леонид, впихивая гостя меж собой и Олегом.
И парнишка рассказал.
Он, после столь обильного возлияния в нашей компании, встретил до кучи кого-то из своих корешей, и полирнув пивко напитком покрепче — местным самогоном, отрубился возле каких-то кустов. А очнувшись стал свидетелем любопытного разговора, из которого выходило что за нами следят, и где-то готовят засаду. Причём злодеям точно известно каким путем мы будем возвращаться.
— И чего делать будем? — прерывая вызванное новостью молчание, Олег прикурил сигарету. — Выклянчив у Леонида несколько звеньев цепочки, он махнул их на пачку Ротманса, и теперь то и дело прикладывался к ней, делая за раз по нескольку затяжек.
— Я могу помочь. — предложил пацанчик, добавляя — Только у меня условие есть.
— Канистру пива? Или чего покрепче?
— Нет, я хочу уйти с вами.
— Хех... Смешной ты право слово... — выдыхая дым в форточку, усмехнулся Олег, — И с какой это такой радости мы должны тебе верить? Может ты один из них? Или вообще, выпить захотел да и придумал всё это...
— Я же сказал что мне ничего не надо... — опустив голову, тихо произнес парень. — Хотите верьте, хотите нет, но я не вру, незачем...
— Ну допустим мы тебе поверили, дальше что? За нами ведь следят?
— Если по-тихому откатить машину за угол, никто не услышит, а там я знаю дорогу в объезд блокпоста, главное случайно ни на кого не нарваться.
Лично мне казалось что парень не врёт, но утверждать этого на сто процентов я конечно же не мог, поэтому предпочитал молчать, давая высказаться другим.
— А я тебе верю. — неожиданно заявил Леонид, тут же добавляя — но если что-то пойдет не так — первая пуля — твоя. Годится?
Пацан кивнул.
— Годится. Только уходить надо прямо сейчас, скоро рассветёт и нас легко заметят с крыш крайних домов.
И мы, откатив машину почти на километр, не включая фар поехали по указываемой пацаном дороге.
— Тут никто особенно не ездит, — объяснял он, сидя на переднем сиденье и вертя головой, — никому и в голову не придёт искать нас здесь. Если и пошлют кого в эту сторону, то так, на всякий случай.
Выходило что мы сейчас едем не туда откуда приехали, а совсем в противоположную сторону, и покинув город должны будем некисло так кружануть, но это всяко лучше чем поехать напрямки и попасть в засаду.
Конечно был шанс что парнишка засланец и в засаду мы как раз и попадём, но других вариантов у нас всё равно не было, поэтому и выбирать особенно не приходилось.
Новенькие всегда были лакомым кусочком в этом мире, представить страшно что какая-нибудь из этих банд нападёт на нашу станицу, судя по тому что мы увидели и услышали за последнее время, численность их могла доходить до тысячи стволов, а это, как ни крути, серьёзная сила даже в нашем мире.
Сколько мы сможем сохранять инкогнито? Рано или поздно всё равно кто-нибудь наткнётся на посёлок, и хорошо если с этим кем-то удастся договориться.
Вообще, как я понял из сегодняшних разговоров, город этот был не единственным на Урале, самым крупным — да, но не единственным. И естественно в каждом таком поселении были свои банды, со своими принципами и понятиями. Так что этот мир заиграл новыми красками, и не скажу что я был этому рад. Оно конечно хорошо когда есть возможность получить какие-то блага цивилизации, пусть и за большие деньги, но вот остальное... Хотя я даже не знаю что лучше; иметь дело с тысячью древних аборигенов, или с сотней современных головорезов.
— Слушай, а как часто сюда попадают... Ну, такие же как мы? — обратился я к «штурману».
— Никто не знает. — пожал плечами тот. Если кто-то натыкается на новый объект, особенно не болтают — зачем делиться?
— Делиться чем?
— Ну как... Любое поселение это ж куча трофеев... Продукты, инструмент, оружие... Да много чего может быть...
— А люди? С людьми что?
— По разному. Но как правило ничего хорошего, здесь же полный беспредел, кто сильнее тот и прав. Как в древности вообщем...
— Что, и рабство есть?
Парень усмехнулся.
— А как же. Тут неподалеку рынок невольничий, правда рабы в основном из местных, но бывают и наши, особенно бабы ценятся, те что покрасивше... — мечтательно сощурился «штурман».
О как. — Чем дальше в лес, тем злее партизаны. Валить надо отсюда и как можно скорее... — только успел так подумать, как мотор зачихал, и немного поколтыхавшись, умолк.