— Ну да, мне тоже как-то не по себе. — согласился я.
— Ты ведь был тогда на реке, когда твари прорвались в посёлок? — вдруг спросил он.
Быть то я был, но толком ничего тогда не понял, о чём и сообщил сейчас Леониду.
— Ну там же подстрелили кого-то? Трупы видел?
— Трупы видел. — подтвердил я, — Похожи конечно, но как-то знаешь, помельче, поизящнее что ли... Это словно тигра и рысь сравнивать...
— Может молодняк? — предположил Леонид.
Я задумался, вспоминая ту страшную ночь.
— Да чёрт его знает Лёнь, может и молодняк. Я тогда как-то значения особого не придавал, думал вообще волки какие-то мутировавшие...
— Понятно... — погрустнел Леонид, — ты вроде снимал чего-то? Даш посмотреть?
И я, с трудом выковыряв телефон из кармана — очень глубокого и неудобного, — передал его Леониду, добавив,
— Как раз потом на зарядку воткнёшь.
Тот кивнул, и разблокировав телефон, сосредоточено уставился в экран.
Если не случится ничего непредвиденного, то к вечеру мы должны быть в посёлке, — тем временем размышлял я. — За машины можно не переживать, сломаться одновременно они не должны, а по отдельности не так страшно — зацепил на буксир, и дальше едешь. Твари днём не гуляют, во всяком случае в это хочется верить, остается только не нарваться на банду какую-нибудь.
Ведь сколько остаётся до дома? Километров сто пятьдесят с копейками, это если по прямой мерить, а если с объездами всякими? — Все двести? Пусть даже так, сейчас почти восемь, значит приедем ещё засветло, что не может не радовать.
— Мда... — втыкая провод зарядника в прикуриватель, — Леонид покачал головой. — Вот ты поснимать...
— Никогда не знаешь что может понадобиться в следующий момент.
— Не... Ты не понял, я не осуждаю, — отнюдь. Я радуюсь что ты до этого додумался, на меня там прям ступор какой-то напал...
— Да ладно тебе. Мне кажется фотографий достаточно. До сих пор перед глазами всё это говно стоит...
— Ну да, неприятно... Чего уж тут... но я почему-то уверен что мы не раз ещё столкнемся с подобным, и это будет не самым страшным в нашем непонятном мире.
Я согласно кивнул, мол тоже такого мнения, а сам подумал — что может быть страшнее чем подобная смерть? Смерть когда тебя сожрали словно барана?
В ушах до сих пор стоял вой тварей и крики обреченных на смерть людей. И ещё этот запах, запах еще тёплого, но уже мёртвого мяса, так пахнет на бойне когда идёт массовый забой. Нет, как приедем, никаких отчётов, первым делом в баню, смыть с себя и запах этот, и грязь дорожную, да и вообще, душу веничком почистить, вот...
— Я подремлю немного, пнёшь если что... — буркнул Леонид, и роняя голову на грудь тут же захрапел.
Везёт же. — Позавидовал я. — Как машина прям, договорить не успел и уже дрыхнет. Хорошая способность в нашем положении. Или просто устал так?
Леонид вообще-то старше лет на десять, организм уже давно не молод, а нагрузки наравне со всеми делит, а где-то и больше на себя берёт. Так что может быть зря я завидую, вырубило человека, последние силы отдал.
Вот только как бы там ни было, а мне тоже спать хотелось, бессонная ночь, даже две, стрессы всякие... Щас бы упал прямо на руль, да подрых часик хотя бы... Ещё и пассажир дразнит.
И я зевнул так широко, что в какой-то момент заклинило челюсть. Боль скажу я вам, адская, пока смог закрыть рот, даже прослезился. Зато сонливость как рукой сняло, даже настроение улучшилось.
Хотя скачок настроения связан скорее с осознанием близости дома, — сейчас мне вообще казалось что мы не три дня отсутствовали, а целую вечность.
Вот народ то удивится... Наверное даже про делёжку власти забудут... — Хотя это вряд ли. Не те люди.
Я конечно не хочу говорить плохо о жителях нашего села, но для полноты картины наверное всё же придётся. Даже не плохо — объективно. Чтобы вы понимали.
Простой пример, — всероссийская сельскохозяйственная перепись. Я может быть и не знал бы ничего о подобных вещах, если бы моя Аня не устроилась переписчицей в Росстат.
Задача в принципе простая, за двадцать дней обойти триста дворов и со слов хозяев записать наличие или отсутствие сельскохозяйственной деятельности. То есть; сколько картошки выращивают, растут ли деревья, есть ли скотина в хозяйстве. Весь опрос занимает буквально пару минут, личные данные не требуются, всё только по адресу.
Сразу скажу что подобная перепись была всегда, просто раньше все данные брались в сельсовете, а сейчас, с приходом демократии и прав человека в российскую глубинку, потребовалось личное участие хозяйствующих граждан.