— Зато для альтаирки ты по-прежнему очень стройная! — утешил Седов.
К первой лекции Валерий готовился целую неделю, но все прошло на удивление гладко. В знакомую еще по собственной учебе поточную аудиторию Седова привел заместитель ректора и представил студентам. Зал был почти полон: или с других курсов набежали, или прием в Академию сильно увеличился. Оказалось, первое.
Вице-ректор передал преподавателю списки учащихся и безжалостно выставил из класса всех «зайцев». Седов вывалил на кафедру огромный том Договора — вариант для гуманоидных рас, кипу папок со справками и протоколами соглашений и начал рассказывать, иллюстрируя выдержки из документов практическими примерами.
Среди пятикурсников обнаружилось довольно много инопланетян, и кое-что пришлось на ходу корректировать, выбрасывая критические замечания и слишком прямолинейные рекомендации. Теорию студенты выслушали с вежливым терпением, а когда дело дошло до практических примеров, Валерия даже несколько раз попросили рассказать подробнее. Пятикурсники сразу заметили, что он не любит повторяться и каждый раз добавляет, быть может, не очень существенные с академической точки зрения, но очень красочные детали. Студенты слушали с неослабевающим интересом, несмотря на то, что у всех имелась записывающая аппаратура, а кое-кто включил даже запись на визуал: самые интересные кадры Седов сбрасывал с комма на экран.
После лекции, когда Валерий, наконец, отделался от обступивших его с вопросами студентов, в коридоре к нему подошла долгожданная дипломница.
— Эйоу Валерий Седов? — вежливо спросила она на универсальном.
— Это я, — признался он, внимательно разглядывая корсианку или вернее корсини — так называли себя самки корсов, заклятых врагов человечества, да и, пожалуй, большей части Содружества. «Не самки, женщины», — мысленно одернул себя Валерий. — «Девушки», — уточнил он, заметив желтоватые пятна в уголках зубастого клюва.
— Меня зовут Зарроу, — сказала корсини.
И ничего в ней не было страшного. По вкусам корсов, наверное, красотка. Не птица, а скорее птицеящерица, размером почти со взрослого человека, с темно-зеленой блестящей кожей земноводного и черными перепончатыми крыльями, аккуратно сложенными на спине. Некрупное сильное тело, обтянутое кожаным комбинезоном, острые изогнутые когти хищника на мощных верхних лапах (нижние скрывала мягкая кожаная обувь), и умный взгляд красноватых глаз почему-то вызвали у Валерия другой, сказочный образ — «драконша».
Ну и разве важно, что корсини могла разорвать его пополам одним резким движением когтей? Большинство существ, с которыми Седову приходилось иметь дело чуть ли не ежедневно, могло расправиться с землянином также легко, и некоторых из них он не без оснований считал своими лучшими друзьями. Так, например, о дружбе посредника с орионским вампиром в космофлоте ходили совершенно дикие легенды — стараниями Стаса Пересветова, которому Т'хак, по просьбе Седова, помог вытащить с поверхности Легаты загулявший экипаж — миссия, от выполнения которой Егор категорически отказался.
Да и стоило ли бояться чьих-то когтей в теле метаморфа? Вот если бы у корсини был дезинтегратор! Но на Земле инопланетянам запрещалось иметь при себе такое оружие.
А значит, страшным для Валерия оставалось только одно: единственным дипломом, с которым он имел дело, был его собственный, причем случилось это мероприятие лет десять назад и прошло без особого успеха. И правда, что ли, с м'раугом посоветоваться? Все-таки диссертацию дописывает, должен быть в курсе.
Уж я ей наруковожу, — Седов подавил тяжелый вздох и заинтересованно спросил, невольно подражая манере Федора Петлицына:
— И какая же у вас тема дипломной работы?
«Девушка» искренне удивилась:
— Я думала, тему мне предложите вы. Мне сказали, что на Земле такие вопросы решают преподаватели.
— В самом деле? — для Седова это оказалось неприятной новостью. — А в чем вы, собственно, специализируетесь?
— Звездное право войны и обеспечение планетарной безопасности, — нехотя сообщила корсини.
«Какая интересная формулировка, — Седову никогда не пришло бы в голову совместить друг с другом две части корсианской специализации. Он просто не мог увязать их в единое целое. — Самая подходящая тема для обсуждения с землянином. Ей бы к Богомолову!».
Он смущенно развел руками:
— Не совсем мой профиль. Мне нужно будет немного подумать. Давайте встретимся через пару недель.
— Боюсь, что я не смогу столько ждать, — дипломница блеснула красными глазами. — Мой срок пребывания на Земле строго ограничен, и я хочу успеть написать работу до конца семестра.