У первых деревьев мы развязали пленникам руки, оставили пару кресал, немного еды, а сами поехали дальше на север. Мне очень хотелось вновь встретиться с отшельником. Тенто его зовут.
Проехали еще день, и тут Дири вдруг говорит:
— Я эти места знаю, наш поселок вон в той стороне.
Я сразу опешил, головой верчу и слева вдали вижу знакомые очертания гор. Степняки вывели нас не к месту жительства отшельника, а намного восточнее. Это что же, нам снова скрываться от охотников, а потом через горы идти?
Глава двенадцатая
Сеть
Когда с Дири сняли его старые штаны и рубашку, взамен натянув одежду Эрве, он ничего не понял. Зачем, почему?.. А потом бандиты сорвали с его ног горские ступы, надев сапожки опять того же Эрве. Те самые сапожки, на которые он положил глаз еще тогда, когда брал в плен господина Вучко. Ну и Эрве вместе с ним пленил.
Вечером, когда бывший хозяин направил его охранять пленников, Дири разул господина Вучко, хотя все время пялился вот на эти сапожки, что сейчас надеты на его ноги. Да и во время совместной поездки он бросал завистливые взгляды, выбирая время и место, чтобы никто из спутников не смог заметить его нездоровый интерес.
И вот теперь его мечта сбылась. И грасские сапожки, и богатая, пусть и пропыленная и запачканная в пути одежда сейчас на нем. Дири теперь как грасс. Пришедшей мысли он испугался и даже головой повертел насколько это было возможно в его висячем на спине коня положении, боясь, что кто-то узнает о таких вольностях.
А на следующий день их привезли в степную крепость и после недолгой перебранки, из которой Дири не понял ни слова, один из степняков подхватил его и куда-то понес. Степняк шел не долго, перед глазами Дири показался ряд клеток, часть из которых была заполнена людьми. Но для него отвели один из пустующих отсеков.
В нем он пробыл два дня, пока перед клеткой не оказалось несколько степняков, один из которых, богато одетый, стоял и с интересом его разглядывал. Потом что-то приказал, другой степняк снял замок и поманил Дири к выходу. А затем два степняка стали его раздевать. Сняли рубашку, штаны, оставив только набедренную повязку. Дири плохо понимал, что происходит, и безропотно молчал. Но когда богато одетый воин шагнул вперед, оттеснив двух других степняков, и принялся снимать с его ног сапожки, Дири взбунтовался. Это же те самые сапожки, о которых он так мечтал, и которые скрашивали последние дни его пленения.
Дири оттолкнул руку воина, взамен получив хороший толчок, поваливший его спиной на землю. Один сапог уже был снят, воин теперь тянул второй, и Дири босой ногой заехал степняку в лицо.
Он помнил, как рассекал воздух хлыст, впиваясь раскаленной иглой по всю ширину спины, чувствовал, как лопается кожа, помнил, как дико орал, но потом все исчезло. На каком по счету ударе — пятом или десятом? Теперь это для него не имело никакого значения. Ему было очень плохо и страшно хотелось пить. Спину неимоверно жгло, а на рой мух, поднимавшийся вокруг, когда он как-то пытался шевелиться, Дири внимания не обращал. Он вообще ничего не видел и не слышал, все время находясь в каком-то очень болезненном забытье.
Очнулся Дири, и первым, что увидел, было лицо его господина. Вучко очень не любил, когда Дири называл его так вслух. Вслух нельзя, но думать господин запретить не может. Хотя если Вучко воспретит думать, то Дири думать перестанет. Он вообще выполнит любой его приказ.
С тех пор он пошел на поправку. Спина еще сильно болела и страшно чесалась, но он терпел. Нельзя по таким пустякам отвлекать господина. Нет, Дири сейчас не илот, он свободный человек. Но Вучко для него всегда останется господином. Всегда.
Вечером в юрте появились степные девчонки, которые начали трясти своими прелестями перед Вучко. Интересно-то как! И ясно зачем. В поселке, где он раньше жил, все было проще. Парень тащил девчонку на сеновал, и там они занимались любовью. Дири частенько с другими мальчишками подсматривал за происходящим. А несколько раз такое же представление происходило прямо на траве. Парни на любопытствующих мальцов никак не реагировали, даже, наоборот, красовались своим умением. А девчонки… те были из свежих пленниц, их мнение никто не спрашивал. Поэтому что должно быть дальше, Дири прекрасно представлял. Но Вучко почему-то девчонок прогнал и сам ушел в другую юрту. Дири не очень-то и расстроился, а вот Эрве… Тот воспринял все всерьез, долго громко ругался. Он что, никогда раньше не видел? Или уже пробовал? А что? Он же грасс. Прикажет виланке и пожалуйста…