— Что случилось? — прошептал кузнец, садясь в постели.
— Не знаю, — так же шепотом ответила девушка. — Это минут пять назад началось. Клез побежал разбираться.
— Пошли посмотрим, — предложил ее «братец», скидывая одеяло и поднимаясь на ноги.
На бегу натягивая сапоги, Ральдерик, Шун и Гудрон выскочили из избы. По территории крепости бегали люди. Большая часть из них сжимала в руках луки и колчаны со стрелами. На всех домах горели факелы, освещая главный двор Зоряницы, лестницы, ведущие наверх стены, и силуэты людей, желтыми пятнами выделявшиеся на фоне черного неба и верхушек деревьев. На площадке для лучников уже стояла пара десятков человек, пускавших горящие стрелы куда-то в темноту за частоколом. Слышались топот ног, треньканье тетивы и приглушенные взвизги неизвестных существ, попавших под обстрел за стеной.
— Что происходит? — крикнул гендевец, ловя за рукав пробегавшего мимо них растрепанного зоранчанина.
Тем временем на крыльцо вышли заспанный Дунгаф и завернувшаяся в свой плед Филара, решившие не путаться под ногами у защитников крепости и посмотреть со стороны.
— Ничего особенного, — раздался за спиной у герцога знакомый голос. — Просто очередное нападение на крепость. Идите в дом, это скоро закончится.
Рядом с Шуном из тени вырос силуэт главы крепости, меланхолично окидывавшего сонным взглядом округу.
— А кто напал-то? — поинтересовался Гудрон, дивясь спокойствию и отстраненности Себаса.
— Не знаю, — пожал плечами тот, вынимая из кармана трубку. — Мне отсюда не видно. Соседи какие-нибудь…
— А разве вам не положено быть в первых рядах и командовать обороной? — ядовито поинтересовался Ральдерик, глядя на собеседника с плохо скрываемым недоумением.
— А зачем? Они и так прекрасно справляются, — вновь пожал плечами глава деревни, чиркая спичкой. — Вряд ли это что-то серьезное. Так у нас часто бывает.
Тут все остальные звуки заглушил пронзительный птичий крик, и над двором, закрывая собой звезды, взмыл черный силуэт гигантского крылатого существа. При виде его Себас на секунду пораженно замер, а потом кинулся к стене, на ходу бросая горящую спичку и трубку.
— Мы можем помочь? — догнал его дворянин возле единственной каменной постройки укрепленной деревни.
— Вам было сказано идти в дом! — злобно бросил глава крепости, натягивая на себя кольчугу, лежавшую на ступеньках в куче себе подобных.
— Но мы, правда, можем помочь!
— Я в третий раз повторять не намерен!
В этот момент до этого парившее где-то в вышине крылатое создание стало стремительно снижаться, выставив перед собой когти, целясь куда-то в сторону, где находились герцог и спешно готовившийся к битве правитель Зоряницы. Рука Ральдерика при виде этой картины привычно дернулась к мечу, который, как с ужасом вспомнил гендевец, у него конфисковали.
— Чёрт! — успел подумать он, глядя на приближавшиеся крылья, когти и зубастый клюв.
Однако тут же послышался хлопок тетивы. Неизвестная дворянину тварь с тихим хрипом завалилась на бок и упала на землю в нескольких метрах от него. Немного побившись в конвульсиях, «птица» затихла. Из ее шеи рядком торчали три стрелы. Клез довольно крякнул и, перезарядив лук, вернулся к расстрелу невидных со двора существ, бесновавшихся за стеной.
— Спасибо, Клез! — крикнул Себас старику, подхватывая лук с колчаном, и взбегая по деревянной лестнице наверх. — Еще сочтемся!
У гендевца резко пропала охота участвовать в битве, поэтому он послушался главу деревни и направился в дом. Заботливый Шун к этому времени уже успел загнать внутрь излишне любопытных девушку с гномом и пристально следил, чтоб те даже не пытались снова выйти наружу. Стоявший на крыльце Гудрон вопросительно глянул на подошедшего друга, однако тот лишь покачал головой и жестом велел идти в дом. Какое-то время они сидели в избе, прислушиваясь к доносившимся снаружи звукам битвы и тревожным крикам оборонявшихся. Первым сдался Шун. Молодой здоровый организм взял свое, и под предлогом, что их абсолютно точно защитят, так что волноваться нет смысла, юноша лег спать. Вскоре его примеру последовали остальные, надеясь на боеспособность зоранчан и веря в их победу.
Когда они проснулись на следующее утро и вышли на улицу, ничто в крепости не говорило о прошедших ночных событиях. Деловито прошествовала стайка рыжих кур. Немногочисленные чумазые дети Зоряницы босиком с хохотом носились по двору, играя во что-то свое. Жена Себаса вывешивала на просушку постиранное белье. Только впитавшаяся в землю кровь в том месте, куда за несколько часов до этого упала туша неведомой крылатой твари, свидетельствовала, что недавнее происшествие не было коллективным сновидением или галлюцинацией. Ральдерик с Дунгафом хотели было посмотреть на труп «птицы» (один — с исследовательскими намерениями, второй — с чисто практическими — а не подойдет ли ее голова под необходимые критерии драконности?), однако им радостно сообщили, что бренные останки сожгли уже как два часа назад. Обоих это известие крайне огорчило. На вопросы, что же все-таки произошло ночью, путникам так вразумительно и не ответили, толкуя что-то о регулярных нападениях на крепость. Гудрон отправился к Есеку и выпросил у него ранее отобранное у них оружие, под предлогом, что компания вот-вот покинет Зоряницу и пойдет дальше.