Друзья мрачно переглянулись. Ужаснулись. И снова уставились на наивно хлопающую ресницами подругу.
— Я вот чего не понимаю, — подал голос герцог. — Эти разбойники вообще о чем думали? Их коллеги умирают у них на глазах один за другим, и их это не удивляет? Все равно веселье продолжается?
— Я же говорю, — Филара внимательно посмотрела на гендевца в упор. — Ро-Ли — очень страстная женщина. Они в это время ни о чем не думали…
— Не вздумай этому учиться! — сурово заявил вдруг иролец. — Ты меня поняла? Пообещай, что никогда не будешь заниматься чем-то подобным! Что даже обучаться этому не станешь! И вообще, тебя надо изолировать от этой социально опасной старухи!
— Ага, щаз! — хмыкнула девушка. — Не собираюсь я от нее изолироваться! И не подумаю. Она меня столькому научить может. А по поводу… Я… Не могу тебе этого пообещать. Видишь ли, она мне в двух словах объяснила процедуру. Там нет ничего сложного, на самом деле…
Увидев округлившиеся глаза друзей, Филара поспешила добавить:
— Но обещаю, что пользоваться этим я не буду. По крайней мере, в ближайшее время. Довольны?
— Вот! — Гудрон в негодовании указал рукой на девушку и обратился к находившемуся в прострации Ральдерику. — Видишь, до чего дошло? А ведь я сразу был против того, чтоб доверять ее этой чокнутой старухе! Чему еще она ее научит?! И к чему это приведет? Филара, что у вас там на очереди? Оживление мертвецов? Оргии с демонами?
— На самом деле, мы планировали заняться основами, — осуждающе протянула девушка, ища котенка взглядом. — Это очень важно. Травы, значения символов и амулетов, чтение рун и письмен… Мертвецов мы позже разберем…
— У меня просто нет слов! — ошарашено схватился за голову иролец. — Я не знаю, что сказать!
— Зачем тебе это? — серьезно спросил Ральдерик. — Ты прекрасно жила без волшебства все это время.
Филара какое-то время печально молчала. Потом, тяжело вздохнув, ответила:
— Если б у меня была эта сила буквально два месяца назад, ничего бы не случилось. Понимаешь? — она болезненно сжала кулаки и мотнула головой, чтоб сдержать слезы. — Если б я два месяца назад могла хоть небольшую долю того, что могу сейчас, Шун был бы жив. А вдруг два месяца назад у меня была бы возможность научиться магии, а я бы подумала, что мне это не надо, потому что я и так нормально живу, вы меня защищаете и вообще — нет необходимости? А вдруг, если я сейчас не воспользуюсь этим шансом, то все повторится? Только погибнет кто-нибудь другой? А? Так вот, я не допущу, чтоб подобное снова произошло. Поэтому я стану сильной. Самой сильной волшебницей в мире. Ро-Ли говорит, что я могу. Меня только надо научить.
Друзья слушали девушку молча. Даже Гудрон решил больше не пытаться убедить подругу переехать от сварги в их «дом на путь».
— Ну ладно, — поднялась она на ноги. — Уже поздно, а я еще не до конца восстановилась. Пойду спать. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — отозвался трехголосый хор.
Начинающая великая волшебница подхватила на руки сновавшего в траве котенка.
— А вы почему спать не идете? — нахмурилась она, вдруг соображая, что ее друзья вроде всегда ночуют на улице.
— А мы охраняем, — пояснил герцог.
— Да? И когда же вы последний раз нормально отдыхали? — нахмурилась девушка.
— Ой, давно-о-о, — жалобно протянул Гудрон, косясь на Ральдерика.
— Ничего страшного, — отрезал тот. — Не неженки. Нам хватает. Спокойной ночи, Филара.
— Ну-ну, — с сомнением произнесла подруга, разворачиваясь и шагая в сторону фургончика, где жила последний месяц.
Сделав пару шагов, она вдруг остановилась и с интересом оглянулась на фигуры у костра. О чем-то подумав и усмехнувшись, Филара прошептала несколько слов и щелкнула пальцами. Три тела упали на землю в глубоком сне.
— Я гениальна! — шепотом провозгласила девушка, кладя на сидевшего на ее плече котика ладонь.
Гудрон проснулся оттого, что земля под ним шаталась, громыхала и подпрыгивала. Распахнув глаза, он сначала долго не мог понять, где находится. Проснувшись окончательно, опознал свое местонахождение, как выделенный для их нужд передвижной домик. Недалеко от него храпел Дунгаф, и спросонья тер глаз кулаком Ральдерик. Кузнец удивленно сел и попытался вспомнить, как они здесь оказались. Не вспоминалось. Тогда он решительно толкнул гендевца, в надежде, что тот помнил больше. Герцог протестующе застонал. Только после третьего пинка он соизволил проснуться. И тут же удивленно подскочил, чуть не стукаясь головой о какой-то висевший над ним тупой тяжелый металлический предмет.