— Я уже собирался пробиваться к тебе с боем, — проворчал Шун. — Где тебя черти носили все это время? Мы тут чуть со скуки не умерли…
— Мы уезжаем, — твердо сказал иролец, запрыгивая в седло.
— Ты уверен? — Ральдерик поднял настороженный взгляд. — Мы же собирались пообщаться с местным лорд-мэром.
— Уезжаем, — повторил юноша, помогая Дунгафу забраться на лошадь, и, тронув бока Неветерка каблуками, неторопливо поехал со двора.
Удивленно переглянувшись, трое оставшихся пожали плечами и, быстро привязав вещи к седлам, поскакали следом. Все еще помнившие недавний бой стражники проводили их напряженными взглядами.
Выехав с территории дворца, друзья вновь попали на шумные многолюдные улицы. Праздник только начинал набирать обороты, готовясь разразиться взрывом ближе к ночи. Три коня прорывались сквозь одуревшую от веселья и выпивки толпу, стараясь пробиться к выходу из города. Весь тротуар был засыпан толстым слоем конфетти, сорванных флажков, брошенных бумажных колпаков и использованных хлопушек. Шум вокруг уже достигал болевого порога, но все еще продолжал нарастать. Стражников на воротах заменили. Новые блюстители порядка отдыхали в теньке у стены: все, кто хотел попасть в Лападу, пришли гораздо раньше, поэтому работы у них практически не было. Охрана проводила пятерых всадников, покидавших город, удивленными взглядами и недоуменно покрутила пальцами у висков.
Путники ехали молча. Гудрону разговаривать не хотелось, все это чувствовали и не лезли с вопросами. Отъехав подальше от города, кузнец свернул с дороги и повел Неветерка к уютной березовой роще. Переглянувшись еще более взволнованно и настороженно, Ральдерик с Филарой поехали следом. В леске иролец остановился и замер посреди деревьев, думая о чем-то неведомом остальным. Лошадь под ним сначала тактично ждала, когда он даст ей какие-нибудь указания или хотя бы отпустит погулять, а потом стала нетерпеливо переминаться с ноги на ногу. Друзья тоже встали и какое-то время чего-то ожидали, глядя на молчаливую спину впереди.
Наконец, решив, что так дело не пойдет, девушка громко заявила, что она устала и проголодалась, поэтому просто необходимо устроить привал в этой уютной роще. Шун ее горячо поддержал и спрыгнул с Герани. Общее оживление вывело юношу из состояния мрачной задумчивости. Спохватившись, он тоже слез с лошади и отпустил ее погулять. Дунгаф развел костер и уломал кота продолжить занятия по изучению алфавита. Филара что-то готовила, жестоко истязая морковку. Шун жаловался, что в тюрьме его так и не покормили, мучительно выводя букву «И» на мятом клочке бумаги. Ральдерик просто гулял и делал вид, что ему совершенно все равно, чем там занимался кузнец без них. Гудрон сидел, прислонившись к дереву, вновь уйдя в свои мысли. Через некоторое время выражение «а-нам-совсем-не-интересно-за-что-нас-кинули-в-тюрьму» на лицах окружающих стало уж совсем навязчивым. Заметив это, иролец вернулся к реальности и принялся пересказывать, что произошло после того, как его увели из камеры. К концу рассказа над лагерем повисла тишина. Все сидели кружочком и обдумывали услышанное. Наконец, Шун не выдержал.
— И что? Ты вот так просто откажешься от нее? — спросил он напряженно. — После того, как досюда дошел и столько перенес, просто развернешься и поедешь домой?!
— В Иролу я не вернусь, — отозвался Гудрон. — Вот ТЕПЕРЬ я в нее точно не вернусь…
— Как ты можешь быть таким спокойным?! — взорвался бывший кот, вскакивая на ноги. — Она твоя невеста или не твоя невеста, в конце концов?! Так. Вставай. Сейчас мы пойдем и силой ее оттуда заберем. Зря мы, что ли, сюда шли?! И лорд-мэру тому всыпем. Будет знать, как чужое добро тащить!
— Не трать время напрасно, Шун, — устало посоветовал кузнец, закрывая глаза.
— Я тебя не понимаю! Я ОТКАЗЫВАЮСЬ тебя понимать! Ральдерик! Скажи ты что-нибудь!
Герцог ничего не ответил, продолжая молча полировать свой меч тряпочкой, сидя на траве. Рыжеволосый юноша подскочил к нему и, схватив за воротник, поднял до уровня своего лица.
— Ральдерик! Скажи ему, что мы сейчас вернемся в город и заберем принцессу! Ты же такой сильный! Ты же ведь не боишься, да? Я никогда не поверю, что ты испугался!
— У них большая охрана, — сказал наконец дворянин, даже не возмущаясь, что его так бесцеремонно подняли за грудки. — В Лападе расквартирован полк, выполняющий обязанности стражи. Скорее всего, дворец хорошо защищен. Нам не справиться. Мы не сможем пройти туда втроем, раскидывая всех на своем пути. Просто грубой силой здесь ничего не добьешься.
Немного помолчав, Шун отпустил камзол гендевца и запустил пальцы в вихрастую макушку, думая, что же делать дальше.