Элен посмотрела ей в глаза:
– Да, девочка. Одно-единственное действие против нас – и твоего Вернона уже не будет. Он умрёт, и ты ничего не сможешь сделать. Я управляю им, и его жизнь в моих ладонях. Освободи нас.
Майлз Лютер смотрел на стену пламени, скрывшую Вернона, и на миг его лицо исказилось. На один-единственный миг. А потом вновь стало спокойным.
Тьен сделал шаг к ней.
– Это не твой мир, – очень тихо сказал он. – Но это твоя любовь. И решать тебе.
Таисса обернулась к нему. Она знала, что он ей предлагает. Знала, чего он ждёт. Обезвредить Элен и Майлза. Взять их с собой, обеспечив успешный штурм Источника. Идеальное решение.
И потерять Вернона. Он погибнет.
Но останется жить в её мире. В настоящем мире.
Дир не колебался бы ни секунды. Лара не колебалась бы ни секунды. Сам Вернон не колебался бы ни секунды, будь он здесь. Любой из них давно бы обезвредил Таиссу с её глупыми сомнениями, обездвижил бы всех Тёмных, взяв их в плен, и позволил бы Вернону погибнуть. На кону стоял весь мир. Испытывать сомнения в такой ситуации? Невозможно. Роскошь, которую они не могли себе позволить.
Но Тьен стоял абсолютно спокойно. Более того, он отдавал ей возможность выбора. Почему?
Таисса не могла этого понять. Неужели Лара и Дир не научили его жертвовать кем-то ради высшей цели? Тем более что Вернон – да кем Тьену был Вернон? Посторонним Тёмным, умершим вскоре после его рождения. Именем, которое его родители наверняка старались не упоминать.
Но Тьен выбрал свой путь. Путь Таиссы. Путь, гласивший, что жизни тех, кого ты любишь, были бесценны, из какого бы мира они ни были. А то, что Таисса любила Вернона, Тьен знал прекрасно. Не мог не знать.
– Мы можем отменить приказ Элен и спасти Вернона? – спросила Таисса, и сама удивилась, каким спокойным был её голос.
«Даже если Светлые заставят меня отменить приказ, это ничего не изменит».
– Нет.
– Нет, – с удовлетворением повторила Элен. – Никак.
– Таисса, ты должна… – раздался голос Дира, но Тьен даже не повернул головы.
– У меня другая точка зрения на этот вопрос, – ровно сказал он. – Думаю, будет лучше, если ты не станешь вмешиваться. Если кратко – убирайся с моей дороги.
Элен встала.
– Довольно разговоров. Вы дадите нам уйти. Сейчас.
Таисса отчаянно обвела взглядом огромный зал собора. Выход, ей нужен был выход…
Но что она могла предложить Элен?
Таисса сосредоточилась и проделала в огненной стене, отделяющей её от Вернона, небольшое отверстие, которое огибали языки пламени.
И увидела его глаза. Спокойные. Мёртвые.
– Собственный отец определил тебя в заложники, – тихо сказала Таисса. – Хотя у них с Элен не будет детей. Ты единственный, кто у него есть.
– Даже не буду спрашивать, откуда ты это знаешь, – проронил Вернон. – Хотя не должна бы.
– От Великого, – произнёс Тьен. – Он говорил с нами обоими.
Элен скептически приподняла бровь. Глаза Вернона едва заметно расширились.
– Ты, – медленно сказал он. – Так вот кто ты на самом деле.
Его взгляд упал на Таиссу, с каждой секундой становясь всё холоднее.
– Как забавно. Ты ведь понятия не имеешь, правда?
Таисса моргнула:
– О чём именно?
– Неважно. – Вернон кивнул своему отцу. – Ты правда собираешься меня убить? Я наивно не поверил своим ушам: повтори для меня, будь добр.
Майлз Лютер вздохнул.
– Сын…
– Просто скажи мне.
Его отец пожал плечами.
– Да.
Лицо Вернона осталось неподвижным. Он лишь моргнул пару раз.
– Вы двое можете прихлопнуть Элен, моего отца и её союзников в любой момент, но не делаете этого, – утвердительно сказал он, глядя на Тьена и Таиссу. – Из-за меня. Вы рехнулись? Ты совсем сошла с ума, Таисса-мученица? Ты не любишь меня и ни в одном из миров не выберешь меня, и мы оба это знаем.
Таисса открыла рот, но он вскинул руку:
– Не спорь. Я знаю лучше. Так почему?
Десятки ответов пронеслись у Таиссы в голове, но ответил Тьен: