– Но силы будут примерно равными, если мы проявим смекалку, – вставил Александр. – Лобовая атака – отличная вещь, но только тогда, когда она сопровождается точным ударом исподтишка. Дир, покажи.
Дир коснулся виртуального экрана, висящего над столом, и перед Таиссой медленно начала вращаться голубая голограмма.
– Элен думает, что она защищена со всех сторон, и она, увы, права, – произнёс Дир. – Всё куда хуже, чем мы думали: под цитаделью двести метров сплошной скалы, внутри несколько слоёв мощнейших силовых полей, и самое неприятное – лазерные установки мгновенного действия.
На голограмме вспыхнули миниатюрные турели, рассылающие вперёд и по флангам потоки разноцветных лучей, оставляющих трассирующие следы, гаснущие за доли секунды. На пути лучей начали появляться тёмные фигурки и плавно растворяться в воздухе, разрубленные на несколько фрагментов.
Таисса подняла брови.
– Мгновенного? То есть эти установки можно будет мгновенно разрезать парой взмахов меча?
Послышались смешки.
– Нет, дура, – скучающим тоном проронила Лара. – Это лазерные установки, способные действовать на сверхскорости. Недолго, дискретными интервалами, но поверь, им хватит, чтобы раскрошить тебя на атомы.
Таисса замерла, приоткрыв рот. Раньше огнестрельное оружие не имело особого смысла против Светлых и Тёмных. Мечи из особых сплавов – вот всё, что Тёмные и Светлые могли противопоставить друг другу. Пистолеты? Плазменные ружья? О них можно было забыть. Сверхскорость делала их бесполезными.
Но лазерные установки, подобные этим…
– В этой реальности не изобрели боевых имплантов, – отрешённо сказала Таисса, глядя на руки Павла. Самые обычные человеческие руки. – Здесь нет синтетического излучения, мобильных силовых полей, электронных внушений, молекулярной брони. Но война должна была подстегнуть технический прогресс всё равно. Значит, он просто пошёл по другому пути. Дайте угадаю: за этими установками стоял мой отец?
– Отчасти, – кивнул Дир. – Пока Элен не отстранила его от разработок, вдруг ставших слишком важными. Первые прототипы сошли со стапелей едва-едва, но боюсь, нам их хватит с лихвой.
– Нам не просто их хватит, – хрипло сказала Таисса. – Мы будем обречены. Как сражаться, если такая штука разрежет нас всех ещё в полёте?
Дир скрестил руки на груди.
– А вот тут в игру вступаешь ты и твои щиты.
– Я?! – Таисса подняла руки, и вокруг неё возник полупрозрачный тёмный барьер. – Ты серьёзно? Кинь в меня парой булыжников, и мой щит развеется! Чёрт, да он исчезнет после того, как в него разрядить пару обойм, не говоря уже о хорошем лазерном залпе!
– Значит, сделаешь так, чтобы не исчез, – пожал плечами Дир. – Это приказ.
Приказ, приказ, приказ… Чёрт подери, когда-нибудь она…
А почему не сейчас?
Таисса повернулась к нему и улыбнулась.
– Нет.
Дир моргнул:
– Прости, что?
– Я приму твои слова к сведению, – произнесла Таисса сквозь зубы, игнорируя боль. – Я согласна, что хороший щит от Великого Тёмного нам пригодится. Но мне надоело соблюдать дипломатию и элементарную вежливость, когда меня и моих друзей заставляют корчиться от боли. Поэтому…
Она быстрым шагом подошла к Диру и просто, без затей и сверхспособностей, резко двинула ему кулаком в зубы.
Сбитые костяшки пальцев тут же заныли, в груди закололо, но, чёрт подери, она не жалела ни о чём.
– Незабываемые ощущения, – сообщила Таисса, встряхивая руку. – С удовольствием повторю.
– Только… не во время боя. – Дир поморщился, ощупывая разбитую губу. – Кажется, твои занятия с мечом не прошли даром.
– Кстати, – Таисса повернулась к Ларе, – в этой вселенной ты не закатывала Диру пощёчину? Ну, за что-нибудь?
Лара вдруг посмотрела на Тьена и насмешливо улыбнулась.
– Вчера, – сообщила она. – И знаешь, это был… интересный опыт.
– Ну а теперь, – утомлённо произнёс Александр, – когда мы все сбросили пар и вспомнили, что после пары подобных дрязг нас перебьют поодиночке, а из-за такой вот пощёчины могут погибнуть мужчины и женщины, которых мы защищаем, давайте всё-таки вспомним о плане операции.