– Понимаю, – тихо сказала Таисса. – Но… сейчас?
– Я не знаю, – с внезапной растерянностью произнёс Тьен. – Даже Великий, кажется, не знает. Я не понимаю, как это вообще могло произойти. Как я туда попал, как Великий не предвидел… меня словно что-то подтолкнуло. Я не понимаю.
Он потёр лоб.
– Надеюсь, когда-нибудь я узнаю ответ. Но ещё больше я надеюсь, что не исчезну, и не исчезнешь ты. Сейчас это куда более реальная опасность.
– Но если мы вернёмся, всё будет иначе, – нахмурившись, произнесла Таисса. – Мы в моём времени будем знать, что путешествия во времени крайне опасны. И ты в своём времени тоже не сможешь об этом не узнать.
Тьен едва заметно улыбнулся:
– Буду очень рад, если мы столкнёмся с этой проблемой. Потому что это будет значить, что…
– Мы вернулись, – произнесли они одновременно.
Таисса устроилась поудобнее на подушке, сонно моргая. И тут ей в голову пришла ещё одна мысль.
– Тьен, – произнесла она негромко. – Мне кажется, или ты ни разу не назвал меня по имени? Дир иногда зовёт меня Таис. Я не могу представить, что за двадцать лет не разрешила его сыну называть меня так же.
Тьен на миг замер.
А потом отвернулся, набрасывая длинный халат и стягивая под ним брюки.
– Привычка, – произнёс он, стоя спиной к ней. – Не звать же тебя тётей Таис, верно? А трёхлетний мальчик всё-таки не звал тебя по имени. Я вырос и привык обходиться без него. Ну… и сейчас мы пока едва знакомы. Я бы не хотел, чтобы тебе было неуютно от того, чтобы практически чужой тебе Светлый звал тебя так же, как твой отец и твой…
Он запнулся.
– Кто?
Тьен вздохнул:
– Похоже, я ужасно храню секреты, когда чертовски устал. Пожалуй, немного сна поможет лучше соблюдать конспирацию.
– Говорить с тобой – уже чудо, – тихо сказала Таисса. – Даже без всякой конспирации. Просто с тобой. С сыном Дира из далёкого будущего, который знает, что случилось и ещё случится.
– Быть рядом с восемнадцатилетней тобой – ещё большее чудо, – мягко сказал Тьен, оборачиваясь. – Но ты удивительная в любом возрасте. Часть моей семьи, необыкновенной и потрясающей. Когда ты со мной, ты делаешь меня сильнее. Даже сейчас. Особенно сейчас.
– Тебе тяжело, – прошептала Таисса. – Быть в чужой реальности.
– Тебе тоже. Но ты сильная. Ты справишься. Должна справиться. Я… надеюсь.
Его голос вдруг дрогнул, и аура плеснула болью и страхом.
– Что такое? – тихо спросила Таисса.
– Я всегда знал, что я выберусь, в какое бы время я ни попал, – глухо произнёс Тьен. – Всегда. Сейчас же я в свободном падении и несусь вниз всё быстрее.
– Ты понятия не имеешь, выживем мы или нет, да?
Он кивнул.
– При мне никто не упоминал это путешествие. Ни слова, ни намёка. Но если мы побывали в альтернативной реальности и выкарабкались… будущая ты должна была бы знать, верно?
– Может быть, я потом потеряла память? – предположила Таисса, хмурясь. – Или мы справились, но это знание оказалось настолько опасным, что все решили молчать?
Тьен покачал головой:
– Я не знаю. Но это со мной впервые, и я боюсь. За тебя – в первую очередь.
– А я – за тебя, – тихо сказала Таисса.
– Но сейчас не время для страхов, – мягко сказал Тьен. – Давай спать.
Он аккуратно повесил брюки и залез в длинном халате под одеяло. Погасил ночник.
– Спокойной ночи. – Он помедлил. – Я столько раз в детстве слышал от тебя эти слова и каждый раз засыпал с улыбкой. Но сейчас мне кажется, что я слышал их слишком редко. Можно мне услышать их ещё раз?
Таисса улыбнулась в темноте.
– Конечно. Спокойной ночи, Тьен.
– Ты сказала это как дома. – Тьен тихо засмеялся. – Теперь я, пожалуй, и впрямь верю, что мы туда вернёмся.
– И однажды, – произнесла Таисса, – твой дом станет моим. Твоё будущее станет моим настоящим.