«Это не такая уж и катастрофа, правда? – вкрадчиво спросил внутренний голос. – Дир – главная помеха тому, чтобы вы двое добрались до Источника. Не будет его – не будет и проблемы».
– Ну уж нет, – прошептала Таисса. – Потому что…
Потому что это уже будет не она.
Таисса бросила отчаянный взгляд на «Защитника-2», от которого они удалялись с каждой секундой. Поле вокруг него истаивало на глазах. Что бы сделал её отец? Как бы Эйвен Пирс совершил невозможное?
«Представь, что беспомощный «Защитник-2» – это я, а «Защитник-1» – это ты, – словно наяву раздался его спокойный голос. – Как бы ты вытащила меня с поля боя?»
Таисса вдруг поняла. Теперь, после этих его слов, ответ был очевиден.
– На закорки! – изо всех сил заорала Таисса. – Моторы выдержат! Бери его на закорки, у нас будет четыре руки! Живо!
Павел понял её мгновенно: она ещё не успела договорить, а он уже посылал «Защитнику-2» короткие световые сигналы азбукой Морзе. Таисса давным-давно ей не пользовалась, но она узнала код тотчас же.
«Держитесь, парни. Поедете у нас на спине».
Следующие полминуты показались Таиссе вечностью. Под обстрелом, на сверхскорости, под струями пота, льющимися со лба… Больше всего на свете она хотела рухнуть в обморок. Всё, всё висело на ней, это было неправильно, несправедливо, невозможно…
Но она и Тьен были якорями для своей реальности. Для Мелиссы Пирс, которая была жива. Для настоящего Эйвена Пирса, для Вернона Лютера, для Дира, который боролся с тьмой изо всех сил. Для Алисы, у которой должен был родиться самый потрясающий сын в мире. Для Найт, самого необыкновенного искусственного интеллекта во всей вселенной и девушки, которая научилась любить. И это было куда важнее какого-то там дурацкого обморока.
Тем более что представлять поцелуй с Верноном снова и снова было необыкновенно, и воспоминание посылало тёплые волны вниз до кончиков пяток.
Но об этом Таисса никому не скажет. Даже ему. Обойдётся.
Полминуты спустя моторы взвыли с утроенной нагрузкой, и Таисса застонала, из последних сил удерживая щит. Но у них получилось. Они подхватили второго «Защитника», зажимы сработали, закрепляя боевых роботов вместе, и теперь единый механизм двигался на сверхскорости, приближаясь к цитадели с каждым гигантским шагом. Таисса уже могла разглядеть крошечные фигурки, стоящие на крепостной стене, выполненной точь-в-точь как средневековый замок…
В следующую секунду над стенами цитадели вспыхнуло силовое поле.
Из «Защитника-2» мгновенно полились очереди огня, вылетели очереди мин и других снарядов, в которых Таисса разбиралась куда хуже. На золотистый купол обрушились десятки миниатюрных термодетонаторов, но поле стояло.
– Майлз Лютер, – с отвращением произнёс один из пилотов. – Он и его силовые поля. Ничего, этот гад ещё не знает, с кем связался.
– С кем? – машинально спросила Таисса.
– Молчи и держи поле, – бросил другой пилот.
Павел кивнул:
– Парень прав. Не отвлекайся.
Таисса сжала зубы и невольно охнула, глядя вверх. Силовое поле скрыло лазерные установки, и теперь небо было свободно. Небо, где парили истребители Светлых, серебристые силуэты, похожие на космические корабли. И чёрные округлые перехватчики Тёмных, рванувшиеся им навстречу.
Таисса усилием воли заставила себя не отводить взгляд, когда первый из истребителей взорвался, а второй, оставляя за собой дымный след, пошёл вниз. Кем бы ни были пилоты, они даже не успели катапультироваться. Там, наверху, умирали и Светлые, и Тёмные. А потом четыре истребителя клином ринулись вниз, и Таисса вдруг поняла, зачем они были здесь.
Люк в брюхе первого истребителя открылся, и вниз упала бомба направленного действия, летящая прямо на поле.
– Назад! – не своим голосом заорал Павел. – Щит!
Щит, щит, щит… Сердце Таиссы бешено застучало. Здесь был Павел, в соседнем «Защитнике» был Дир, она могла, умела, обязана была их защитить...
И защитное поле вспыхнуло вокруг них стеной, перекрывая обзор мутной чёрной пеленой.
А потом взрыв невиданной силы сотряс долину, уничтожая и щит Таиссы, и силовой купол над цитаделью. Часть стены разлетелась, как фарфоровая игрушка, и «Защитник-2» прыгнул вперёд.