Но пари было. И Таисса вовсе не собиралась дарить кому-то свой первый поцелуй таким неромантическим образом.
– Так что за предложение ты собираешься мне сделать? – спросила она. – У тебя три минуты.
– А, да, – небрежно махнул рукой он. – Да всё просто. Я поцелую тебя сейчас, а через год – ну, или через два, когда мы выиграем войну простым щелчком пальцев, я подарю тебе настоящее свидание. Такое, какого у тебя не было ни с кем и никогда.
– Да ну?
– Ну да. Спорим, ты даже не целовалась ни с кем ни разу?
Таисса поперхнулась. Впрочем, какая разница, что ему скажет Элен Грей?
– Допустим, – беспечно сказала она.
– Ну так попробуй, – легко отозвался он. – Будет с чем сравнить.
Таисса задумчиво смотрела на него.
– Самое смешное, – произнесла она, – что, если бы ты знал обо мне одну вещь, ты бы пригласил меня на свидание не после войны, а немедленно.
Потому что не было ни одного Тёмного, который не хотел бы встретиться с самим Эйвеном Пирсом. Не говоря уж о том, чтобы участвовать в его операциях. Таиссе совершенно не хотелось пользоваться именем своего отца. Но она не могла удержаться от того, чтобы поддразнить этого гордеца, сидящего перед ней.
Но Тёмный только ухмыльнулся:
– О, детка, знала бы ты обо мне одну вещь, ты бы прыгнула мне на руки тотчас же. Но я слишком не люблю хвастаться.
– О да. Ты сама скромность, Райан Рейс.
– А ты само высокомерие, Элен Грей.
А потом он наклонился к ней и поцеловал её. Просто так, не спрашивая разрешения. Таисса беззвучно ахнула и, к собственному изумлению, почувствовала, как целует его в ответ. Совсем невинно, едва размыкая губы, но ужасно приятно. Таисса невольно улыбнулась краешком губ и почувствовала ответную улыбку.
Они открыли глаза одновременно, глядя друг на друга.
– Ты выиграл, – произнесла Таисса. – С запасом в сорок секунд.
Темноволосый Тёмный покачал головой:
– Забудь об этом дурацком пари. Считай, что его не было. – Он кивнул в сторону приятелей. – Не обдирать же этих ослов.
Таисса прыснула. Сероглазый Тёмный задумчиво смотрел на неё.
– Свидание, – проговорил он. – А знаешь, я не назначал свиданий уже чёрт знает сколько времени. Настоящих, не «заедешь за мной, и можем уже никуда не ехать». И не эти ярмарки с плюшевыми игрушками, хот-догами, поцелуями на колесе обозрения и прочей дребеденью, когда твоя девчонка не знает, куда деть надоедливый букет. Что-то особенное.
– Я люблю хот-доги, – заметила Таисса.
– Ну и вкусы у тебя.
– Какие есть.
Сероглазый Тёмный решительно тряхнул головой, вставая:
– Ну уж нет, Элен Грей. Никаких хот-догов. После войны я тебя найду, и это свидание ты запомнишь на всю жизнь.
Таисса подняла бровь под вуалеткой:
– Меня будет… сложно найти.
– Пфф! Как писал Эйвен Пирс в очередной своей вдохновляющей статье о том, как эффективно уничтожать инфраструктуру Светлых, невозможного не существует. Кстати, насолить Светлым он и впрямь умеет здорово.
– Он спасает наши жизни, – тихо сказала Таисса.
– Стирая их силы в порошок. И тут я с ним полностью согласен.
Молодой Тёмный кивнул ей:
– До скорого свидания, Элен Грей. После победы или поражения… впрочем, какого, к дьяволу, поражения? Я же здесь.
– Парень, который любит заключать пари на миллион?
– Парень, который украл твой первый поцелуй, – поправил он. – И тебе недолго осталось ждать второго.
…Знал бы он, при каких обстоятельствах это произойдёт.
Таисса моргнула, возвращаясь в настоящее. Пальцы Вернона сжимали её запястье так крепко, что вот-вот грозили оставить синяки. Таисса осторожно высвободила руку, и их взгляды встретились.
– Когда дверь кафе закрылась, я ещё долго смотрела вам вслед, – сказала Таисса вслух. – Ты ни разу не обернулся.
– Очень хотел, кстати, – неохотно сказал Вернон. – Понятия не имею, почему я в этом признаюсь.
Таисса прикрыла глаза, вспоминая, как это было. Не осталось мыслей. Не осталось воспоминаний. Только чистый, беспримесный восторг от того, как здорово это было – целовать в ответ симпатичного парня, который успел тебе понравиться, и знать, что у вас будет лучшее в мире свидание.