Этого Таисса стерпеть уже не могла.
Она взлетела, входя в сверхскорость, наплевав на собственный вид и на ночную рубашку, и с резким выплеском силы врезала Тёмному пяткой по лбу. Развернулась – и ребром ладони ударила по горлу второго Тёмного. Ни тот, ни другой не ожидали внезапной атаки и на миг опешили, и Таисса успела ударить снова, под дых, закрепляя своё преимущество.
А потом холодное и очень острое лезвие меча оказалось под её подбородком.
– Кажется, эти двое нервничали не зря, – послышался задумчивый голос. Всё ещё хриплый, но теперь не узнать его было невозможно. – Ты кто, малышка с голыми коленками? И какого чёрта ты защищаешь Светлых, Тёмная?
Таисса закрыла глаза и перестала дышать.
– Вернон, – прошептала она. – Вернон Лютер.
Рука, сжимающая меч, чуть дрогнула, но тут же прижала лезвие к её горлу ещё плотнее.
– Видела мои фотографии в иллюстрированных журналах, да? Боюсь представить, что ещё ты с ними делала. На колени, руки перед собой. Я не шучу.
Таисса медленно опустилась на колени, и лезвие опустилось вместе с ней. Вытянула руки перед собой – и открыла глаза. Сердце колотилось как бешеное.
– Зафиксируйте её, – произнёс холодный голос. Скучающий. Совсем не похожий на голос её Вернона.
Фиксаторы щёлкнули на руках, посылая волны слабости по всему телу. Улучшенная модель. Та самая, которую настоящий Вернон использовал когда-то.
Лезвие меча исчезло.
– А теперь усадите её на диван, и поговорим.
Таиссу опустили на диван. Ночная рубашка задралась до середины бёдер; Таисса поморщилась, но промолчала.
А потом Вернон Лютер опустился напротив, и у неё перехватило дыхание.
Очень коротко остриженные тёмные волосы, такие, словно ему совсем недавно выбрили голову. Шрамы, рассекающие бровь и щёку и чудом не задевшие глаз. Безупречно элегантный костюм, делающий его на несколько лет старше, и едва заметно дрожащие пальцы в тонких непрозрачных перчатках. Таисса похолодела: Вернон никогда не надевал перчатки при ней. Что произошло с его руками?
– Что Светлые с тобой сделали? – вырвалось у Таиссы.
Вернон усмехнулся, глядя ей в глаза.
– Сопротивление при аресте.
– И всё?
Он пожал плечами:
– Неважно. Кого-то ты мне очень напоминаешь…
– Эта девушка – сторонница Светлых, – вдруг чётко произнёс Александр. – Она дорога нам и исповедует нашу этику и нашу идеологию. Ты должен отпустить её немедленно. Я приказываю тебе.
– Заткнись, – огрызнулся Вернон. – Ты…
Он вдруг побелел, откидываясь на спинку дивана. Его лицо исказилось, на висках показались капли пота, и он схватился за грудь.
Второй Тёмный мгновенно шагнул к Ларе, перехватывая её за волосы. Лара рванулась, но жёсткая рука перехватила ей горло.
– Мне отвести её наверх? – поинтересовался он. – Или разложить прямо здесь? Бери свои слова обратно, живо, или ей придётся всю жизнь ходить безносой.
Глаза Вернона начали закатываться. Он терял сознание.
Александр молчал.
А Таисса вдруг поняла, что с ним происходило.
– Я за Тёмных, – быстро произнесла она. – Не слушай его. Я на вашей стороне.
Короткий стон. Вернон закрыл глаза.
– Уберите этих двоих и заприте, – хрипло прошептал он. – Сейчас же. Не калечить. И займитесь уже дронами, чёрт подери!
– Спасибо, что вступилась, – произнесла Лара.
– Быстрее, – отозвался резкий голос первого Тёмного.
Послышались быстрые шаги на лестнице и шум хлопающих дверей. Да уж, Александру долго придётся наводить порядок после этого визита.
Второй Тёмный наклонился над Таиссой.
– Здесь есть ещё незваные гости? – отрывисто спросил он.
Таисса молчала.
Сверху послышались шаги.
– В трёх спальнях наверху ночевали четверо, – сообщил первый Тёмный. – Две постели смяты, две заправлены, но влажные полотенца и зубные щётки есть во всех ванных.