– Нет, наверное, – произнёс он. – Я не очень-то знаком с этим чувством, Таисса-романтичность. То, что я испытываю к отцу, – любовь? То, по чему я тоскую, когда думаю о матери, – любовь? А когда я оказываюсь в постели с…
Он оборвал себя.
– Неважно, Пирс. Неважно.
– Я так и не поняла, когда ты называешь меня «Пирс», а когда – «Таисса-отвратительный-водитель», – проронила Таисса.
– Когда поймёшь, я на тебе женюсь.
Таисса поперхнулась.
– Шучу, – беззаботно сказал Вернон. – Скорее всего, Светлые просто и без затей перережут мне горло, и всё моё аристократическое воспитание, абсолютный слух и врождённое чувство ритма пропадут зря.
Он бросил на неё взгляд.
– Выше нос, Таисса-властительница-судеб. Впереди две ночи, и я собираюсь сделать хотя бы одну из них незабываемой.
– То есть попробуешь нарушить запреты Дира и понадеешься, что я потом тебя излечу? – Таисса вдруг охнула: внезапная боль в груди, казалось, расколола её надвое. Чёртов нанораствор!
Вернон тоже поморщился: похоже, отзвук долетел и до него.
– Посмотрим.
Окончательно оторвавшись от погони, они свернули со скоростного шоссе.
– Немного пешком, – сообщил Вернон, – а потом как получится. Заморочим мозги водителю и поймаем попутку, возможно. Давно я так не развлекался.
– Вернон… – Таисса закусила губу. – Я могу помочь. Оглушить тебя, посадить на капельницу на неделю, чтобы ты оставался без сознания, сделать внушение медикам. А сама появлюсь у Дира и заставлю его снять с тебя все приказы. Он свяжется с тобой по линку и отменит их. Ты не будешь свободен от нанораствора до конца, но ты будешь свободен. На… год… или сколько тебе осталось.
Боль, последовавшая за этими словами, была неожиданно терпимой. Нанораствор помнил, что жертвовать собой ради других – это хорошая идея. Таисса с иронией улыбнулась, ощущая короткое головокружение. Вот будет забавно, если из этого путешествия она вернётся Светлой.
Вернон оторопело глядел на неё.
– Сумасшедшая, – наконец сказал он. – Я единственный, у кого есть хоть какое-то желание доставить тебя к Источнику, и ты отказываешься?
– Не отказываюсь, – покачала головой Таисса. Поправилась: – Не хочу отказываться. Но Светлые слишком легко могут тебя убить. А у меня есть шанс.
Шанс встретиться с Тьеном. И надежда, что сильный и изобретательный сын Дира найдёт её и договорится с отцом.
Вернон долго молчал, припарковав машину на бетонной площадке в отдалении у круглосуточного супермаркета.
– Я не знаю, что с тобой сделают, девочка-Источник, – произнёс он наконец. – Но я остаюсь. Бежать от прямого приказа слишком рискованно. Кроме того, мне всё это решительно не нравится и я пока не решил, что хуже: Элен с моим окончательно поехавшим крышей родителем или истинная наследница Великого Тёмного в руках Светлых. Тем более что путешествия во времени, знаешь ли, меняют реальность.
Таисса с трудом подавила порыв истерически расхохотаться.
– А где-то в этой заварушке Эйвен, – задумчиво сказал Вернон. – И на чью сторону он встанет, чёрт его знает.
А ещё Тьен. И она сама.
– Кстати, – Вернон отстегнул её ремень, и Таисса впервые заметила, что вообще была пристёгнута. – Раз уж мы начали узнавать друг друга, как ты смотришь на то, чтобы провести эти две ночи вместе?
– Всю жизнь мечтала отдаться случайному незнакомцу, которого знаю целых два дня, – сообщила Таисса. – У тебя всё на эту тему?
– Всё понял, Таисса-откровенность. Не очень-то и хотелось, между прочим.
Вернон бросил на неё проницательный взгляд.
– Никаких расспросов, – сказал он негромко. – Чёртовы Светлые! Но ты защищаешь меня с самого начала, девочка из неизвестного времени, и я очень хотел бы знать почему.
– Я из твоего времени, – тихо сказала Таисса. – Из этого. Ни секундой раньше, ни секундой позже.
Знакомый синий огонёк на запястье Вернона горел ровно. Таисса поморщилась от боли. Вопросы, ответы… то, что Дир им запретил.
– Не будем рисковать, – через силу прошептала она. – Только… не думай, что я не пожертвую тобой, если вдруг… понадобится. Прости. Тебе нужно это знать.
Вернон кивнул.
– Это честно. Светлый, который улетел… – он закашлялся, и Таисса с ужасом увидела кровь на его губах, – сын Дира – тот самый… катализатор? Который нужно… привести к Источнику… вместе с тобой?
Он смотрел на Таиссу налившимися кровью глазами, и она чуть не рухнула в обморок от этого взгляда. Она собиралась ответить, и боль в груди сделалась режущей, невыносимой… она даже не знала, стоит ли отвечать…
Таисса успела лишь кивнуть. И потеряла сознание.