– И ты стала пленницей Светлых.
– Я счастлива здесь, – просто сказала Виктория. – И я не желаю никому мстить. И убивать тоже никого не хочу.
– Как возможно так измениться? – Вернон смотрел на неё недоверчиво и потрясённо. – Ни я, ни моя новоявленная невеста даже близко к этому не подошли, хотя нас тоже напичкали нанораствором по самое не могу.
– Я встретила Ника. – Виктория улыбнулась Нику, стоящему у камина. – Я сама не думала, что когда-нибудь полюблю кого-то ещё после твоего отца, но…
Она пытала Ника Горски в прошлой реальности. Жестоко и страшно. Но здесь…
Один поворот судьбы – и Виктория Талль нашла любовь.
– Ник попросил у меня один год времени, – произнесла Виктория. – Всего лишь год. Он поклялся, что никому не даст меня обидеть. Мой муж ни разу в жизни не нарушал своего слова.
Ник Горски вздрогнул. По его лицу пробежала судорога.
Виктория этого не заметила. Она вдруг нахмурилась, глядя на Таиссу.
– Невеста? Таисса Пирс – твоя невеста?
– Долгая история, – вздохнул Вернон. – Впрочем, почему долгая? Будет пышная свадьба, на которой я использую мои новообретённые способности, вскрою отцу черепушку пивной открывашкой – в переносном смысле, разумеется, – и узнаю координаты Источника. Как Светлые собираются его отвоевать – тайна веков, но выбора нет ни у меня, ни у вот этого растрёпанного чудища с печальными глазами. Странно, почему у меня нет настроения устроить ей незабываемую брачную ночь? Сам себе удивляюсь.
Виктория перевела взгляд на Таиссу.
– Не этого я хотела для своего сына, – проронила она.
«Поверьте, он станет вдовцом очень скоро», – чуть не вырвалось у Таиссы, но она прикусила язык.
– Я тоже, – коротко сказала она. – Но Светлым нужны эти координаты, а мы под нанораствором: у нас нет выбора.
– Но ты его любишь? – в упор спросила Виктория. – Хоть немного?
– Мама, вот не нужно… – начал Вернон.
– Я бы очень хотела, чтобы мы оба прожили долгую жизнь и сами выбрали бы, с кем мы хотим быть, – произнесла Таисса. – Но это очень скучный ответ, правда?
– Куда ярче было бы, если бы ты в красках описала, как мечтаешь о том, чтобы я сорвал с тебя свадебное платье, – согласился Вернон. – Но, знаешь, иногда я тоже предпочитаю скучные ответы.
– Ты назвал меня мамой, – прошептала Виктория. – Сын.
Вернон улыбнулся:
– Такое простое слово, правда?
Он заморгал, отворачиваясь. И тут у Ника на руке завибрировал линк. Его лицо тут же сделалось непроницаемым.
– Нам с Диром пора, – коротко сказал он. – Оставляю вас здесь: думаю, вам о многом нужно поговорить.
Он направляется к её отцу. Ник летит к Эйвену Пирсу, и ещё неизвестно, чем всё закончится. Внушением? Стиранием памяти? Убийством?
Перед Таиссой вдруг возник образ отца, лежащего мёртвым на камнях. Кровь в тёмных волосах, бессильно откинутая рука…
– Возьми меня с собой, – вырвалось у Таиссы. – Ник!
Ник Горски покачал головой:
– Нет. И не покидайте пределов сада, вы все. Это приказ.
– Пожалуйста! – прошептала Таисса. – Хотя бы дай мне его увидеть. Издалека.
– Нет, Таисса. Мы имеем дело с Эйвеном Пирсом. Он может вытащить козырь из рукава даже сейчас.
– Не успеет, – с горечью произнесла Таисса. – Ведь его предаст его единственный друг среди Светлых, правда? Друг, который протянет ему руку. Ты вложишь между пальцами усыпляющий дротик, Ник? Или просто дашь знак Диру?
Виктория охнула, отнимая руки у Вернона.
– Ник… ты правда нарушишь своё слово? – прошептала она. – Дир не имеет права просить тебя об этом. Ты сам этого не хочешь, верно?
– Вик…
Она вскинула ладонь:
– Нет. Я твоя жена, и я тебе запрещаю. Это уже будешь не ты.
Ник несколько секунд глядел в глаза Виктории.
А потом молча вышел. Миг – и Таисса проводила взглядом улетающую фигуру.
– Он не мог, – прошептала Виктория. – Он не сможет.
– Сможет. – Вернон встал. – Думаю, нам стоит поговорить наедине, мама. Семейная встреча – это прекрасно, но с будущей невесткой вы ещё успеете наговориться. Она умрёт лишь через месяц, в конце концов. Впрочем, я недалеко от неё ушёл: у меня чуть больше полугода.