– Не саботировать мои планы без крайней жизненной необходимости, – кивнул Дир. – Использовать яд, если подвернётся случай.
– И всё?
– Убеждать себя, что тебе жизненно важно пустить мои планы под откос ради блага всех Светлых, очень не советую, – ровным тоном сказал Дир. – Ты говорила, что тренировалась в софистике всю последнюю неделю. Надеюсь, ты убедилась, что это бесполезно. Против моего прямого приказа «уничтожать эту реальность запрещено» ты не выстоишь.
– Нет, – тихо сказала Таисса. – Не выстою.
– Хорошо. – Дир кивнул на дверь. – Спокойной ночи.
Казалось, он хотел сказать ей ещё что-то. Его взгляд, его губы…
У Таиссы вдруг закружилась голова. Прошло одно-единственное мгновение, но она покачнулась, ощутив внезапную слабость. Перед глазами плыли круги. Что… произошло? Последнюю минуту она, кажется, не помнила вовсе.
– Что случилось? – слабо спросила Таисса.
Лёгкая, едва заметная улыбка.
– Твои глаза. Сейчас они обычные. Никакой тьмы.
– То есть барьер вокруг моего сознания снят? – уточнила Таисса, прислушиваясь к себе. – Я сама его сняла? От усталости? Сейчас, я…
Она потянулась к Источнику, и барьер возник легко, словно ничего и не произошло. Таисса моргнула.
– Ты… оставил меня в покое? Я была беззащитна, а ты не сделал мне внушение?
Она нахмурилась.
– Или сделал? Почему я вообще что-то помню?
– Потому что я хотел бы, чтобы ты помнила, – проронил Дир.
Таисса смотрела на него не мигая. Он ответил ей прямым взглядом. Ни угрызений совести, ни чувства вины. Лишь спокойное сознание своей правоты.
– Ты хотел, чтобы я поняла: внушение было, – медленно сказала она. – Чтобы я боялась того, что ты мне внушил.
– В том числе.
Таисса, морщась, коснулась руками висков.
Пустота. Она не помнила ничего.
– Ты стёр мне память за целую минуту, – прошептала она. – Что ты пытался мне внушить, Дир?
– Может быть, признался тебе в любви и получил пощёчину, – серьёзно сказал Дир. – Как-никак урон моей мужской гордости.
Таисса криво улыбнулась:
– Серьёзно? Когда весь мир под угрозой? По-моему, ты бы стерпел и подзатыльник.
Дир вздохнул.
– Если ты не окажешься у Источника без моего согласия, ты ничего не почувствуешь.
Таисса вздрогнула.
– Что именно я должна почувствовать? Какое внушение?
– Я надеюсь, ты никогда не узнаешь, – мягко сказал Дир. – Потому что оно не очень-то доброе. Но ты теперь предупреждена, верно?
– Я могу попросить отнести меня к Источнику на руках, – дрожащим голосом произнесла Таисса. – Зажмуриться. Тогда оно не активируется.
Дир покачал головой:
– Не получится. Увидишь.
Чёрт. Он не выдаст ей эту тайну. Таисса мысленно выругалась.
– Сейчас мы говорим с тобой об этом внушении, – произнёс Дир. – Говорим свободно, потому что мы наедине. Но… помнишь свою реальность и Храм Великого Тёмного? Помнишь, как твой Дир запретил тебе рассказывать о внушении кому-то? Даже намёком? Но ты дала знать Вернону всё равно – своим необычным молчанием.
– Да.
– В этот раз не удастся, Таис. Ни намёком, ни молчанием, ни необычным поведением, ни обращением к другим, ни взглядом, ни жестом, ни как-то иначе ты не выдашь этого факта. Ты будешь знать, что внушение есть. Я буду знать. Но… ты просто не сможешь. Прости.
Таисса тут же открыла рот, чтобы закричать: «На мне внушение!» Вернон, он спал в соседней комнате, он услышит, он поможет ей его снять…
Из её горла не вырвалось ни звука.
– Ты… предусмотрел всё, кажется, – выдавила Таисса.
– Это последний рычаг воздействия на тебя, Таис. На случай, если ты всё-таки доберёшься до Источника, обойдя нанораствор и другие препятствия. Я не дам тебе вернуться домой.
«Королевский доступ», – мрачно подумала Таисса, вспоминая, как рассказывала о нём Диру. Ещё один хитроумный план, который вскроется в самый последний момент. Дир быстро учился у Вернона.