– И у кого же вторая ампула? У Элен?
Майлз Лютер пожал плечами.
– Думаешь, я тебе скажу, есть ли она вообще? Я бы экипировал всех наших людей, но Вернон поставил слишком точные сканеры. Чтобы пронести эту ампулу, мне пришлось… – он поднял руку, и Таисса увидела, что прозрачный блестящий линк на его руке лишился части крышки, – пойти на ухищрения.
– У Элен, конечно же, линк другой модели. И в нём ничего нет.
– Конечно же.
– Зачем это вам двоим? На случай, если всё-таки придётся меня похитить? А как насчёт скандала?
– А как насчёт того, что мы сами не знаем, на что ты способна? – отпарировал Майлз Лютер. – И я не желаю подвергать любимую женщину опасности?
Таисса вздохнула.
– Мы можем так спорить вечность, а мне ещё нужно привести себя в порядок. – Она оглядела всё ещё целое платье на плечах. – Впрочем, у меня есть запасной наряд. Розовый.
Майлз Лютер фыркнул:
– Элен никогда не любила этот цвет.
Элен… Таиссу обожгло грустью. Она так хотела узнать настоящую Элен Пирс – через тёмную ауру, через два мира, через всё, что их разделяло…
Но если Элен сделает шаг ей навстречу, это будет шаг к реальности, где Элен будет лежать в коме. Возможно, что и навечно. Иногда Таисса чувствовала себя куда большей злодейкой, чем Майлз Лютер.
Он кивнул ей:
– Любопытно, как долго продлится ваш брак. Не поверишь, но я и впрямь не желаю тебе зла.
– Если сможете меня контролировать.
– Не без этого.
В дверях Майлз Лютер обернулся.
– Не смей причинять моему сыну боль, – тихо сказал он, и Таисса вздрогнула. – Я видел его глаза, когда он говорил о тебе. Не стоит с ним играть, девочка.
Знал бы он, что сейчас она играет с целой реальностью…
– Если вы знаете, насколько он силён, – глухо сказала Таисса, – то знаете и то, что ему осталось жить совсем недолго. Побудьте с ним. Хотя бы эти дни.
– Испортить тебе медовый месяц? – Он усмехнулся. – У нас ещё будет время.
«Не будет», – хотела было сказать Таисса, но дверь уже закрылась за ним.
Таисса осталась одна перед зеркалом. Причёска и макияж остались целы, ей всего лишь пришлось чуть поправить кружево на груди.
Совсем скоро она выйдет замуж. Удивительно сюрреалистичная мысль.
Будь рядом отец, она спросила бы его, как он решился на брак с её матерью, когда они оба были ещё совсем юными. Впрочем, Таисса уже спрашивала, и не раз, и он никогда не отделывался от неё отговорками.
Просто… его ответ всегда был одним и тем же.
«Потому что мы оба этого хотели».
Но они с Верноном хотели чего угодно, только не этого брака.
А в её собственной реальности всё было ещё хуже. Сначала Вернон был помолвлен с Хлоей, а потом, едва эта угроза ушла с горизонта, случилось непоправимое.
Конечно, Таисса могла закрыть глаза и надеяться, что Вернон полюбит её вновь. Но внушение, сделанное наследницей Великого Тёмного через осколок Источника, не преодолеть. У него не осталось никаких чувств к ней. Точка.
Таисса глубоко вздохнула и взялась за ручку двери.
Как они с Диром планировали, Таисса должна была пройти на узкий и неприметный балкон, чтобы получить новые инструкции. Для всех остальных она просто войдёт в туалетную комнату, а на самом деле нырнёт в неприметную лестницу за ней. Проще было связаться с Диром по линку, но, зная, какие меры безопасности предприняла Элен, они рисковали бы слишком многим.
Времени до её торжественного выхода оставалось совсем мало, поэтому Таисса ускорила шаг. И остановилась, увидев в нише за мраморным ангелом своего отца. С вазочкой мягкого клубничного сорбета.
Таисса моргнула, пытаясь убедиться, что не спит.
– Ну ты нашёл время, – вырвалось у неё.
Её отец поднял голову и улыбнулся ей одними глазами:
– Идеальное?
– Ещё бы.
Они смотрели друг на друга. Эйвен Пирс едва заметно поднял бровь:
– Очень особенное платье, Таис.
– Единственное в своём роде, – серьёзно сказала Таисса. – Очень символичное.