А как набирали нужно количество — отправлялись обратно. Половину сразу забирали льдьшки на переходе между слоями, а дальше начиналось самое интересное. Город наполняли тысячи скупщиков. Собственно тут все крутилось вокруг кристаллов и их добытчиков. В результате огромного количества торговцев курс был стабильным. Фактически это был рынок продавца, поэтому каждый барыга старался заманить добытчиков дополнительными услугами. Генри, например, пообещала, что если Алекс будет сдавать кристаллы лично ей, то получит хорошую скидку и полный пансион, при этом она выразительно посмотрела на парня, придвинулась поближе и промурлыкала на ушко:
— Соглашайся, красавчик.
Томный голос окутал Алекса, и ему стало казаться, что работать с Генри — отличная идея. Как не помочь одинокой женщине выжить в этом опасном мире?
«Стоп! О чем это я?» — из глубины разума пришло напоминание, что он вообще-то сюда пришел не для того, чтобы кристаллы добывать.
Разгон сознания, который обычно действовал, как ушат холодной воды не помог. Генри не пыталась повлиять на него навыками, просто она была такой… любвеобильной и не скрывала этого. А женская магия — самая древняя во всех мирах. И куда невинному путнику тягаться с такой ведьмой.
Как ни странно, помог другой навык — Алекс активировал лечилку, чтобы избавиться от влияния огнушки, однако огненная энергия сожгла не только следы алкоголя, но и прочистила мозги. К его удивлению, похотливые мысли пропали, а взамен вернулась ясность сознания.
Алекс немного отодвинулся и спокойно спросил:
— А какие на втором слое существуют опасности? Я видел бывшего шахтера по дороге, он жаловался, что получил неизлечимую травму.
Девушка, казалось, ничуть не расстроилась неудаче в охмурении будущего партнера и деловито продолжила:
— Запомни, неизлечимых травм не бывает. Если выжил, то всегда есть шанс. Просто тот тип зажал денег на лечение. С ним случился «перекрут» — это известная шахтерская болезнь.
К чести Генри, она не скрывала подробностей и говорила прямо. Видать, и вправду, у нее умелся свой кодекс… С ее слов выходило, что хотя первый слой безопасен, на втором — не все так гладко. Перекрут случался неожиданно, в местах большого скопления кристаллов. Собственно так они и рождались — пространство неожиданно вибрировало, энергия устремлялась в одну точку и спрессовывалась в кристалл. Если в этот момент рядом случался прохожий, то и его захватывало — источник бедолаги опустошался, а каналы повреждались. Шахтеру везло, если ему удавалось пережить мини-катаклизм или рядом оказывались коллеги.
Перекрут не щадил ни пришлых, ни местных. Собственно поэтому часть добытчиков и решалась переквалифицироваться в охотников за кристаллами. Они избегали больших залежей, поэтому не так сильно рисковали. Зато сталкивались с монстрами и шедарцами, которые обычно держались подальше от шахт. Плюс шахтеров охраняли льдышки.
Минимальный уровень монстров на втором слое был шестым, а размером они напоминали небольшой дом и могли легко растерзать шахтерскую артель.
— Разве на них не охотятся? Ведь это источник пыльцы! Неужели Школа не может с ними справиться? У них же армия своя имеется! — Алекс не понимал, почему, имея огромные силы, льдышки не зачистят второй слой полностью.
— Ты действительно не понимаешь… Ладно, объясню, красавчик, — Генри чуть пьяно взглянула на гостя и подлила ему огнушки. — Это мало кто знает, но этот мир провалил Слияние и должен был перейти в стадию падения. Однако наши добрые хозяева как-то замедлили падение и вместо того, чтобы закуклиться, Шедар начал концентрировать остатки энергии в виде кристаллов. Как они это сделали — ума не приложу. Может сами додумались, а может, купили рецепт у какой-то более опытной школы… Однако факт остается фактом — Шедар из падающего превратился в квазистабильный мир и живет так уже больше сотни лет. Я думаю, что ради кристаллов все и затевалось. У нас тут не меньше двух миллионов шахтеров, представляешь, сколько они добывают!
— А разве можно так эксплуатировать другой мир? — забеспокоился Алекс, сразу подумав о Земле.
— Так Слияние же провалено, — удивилась Генри. — Если Слияние не состоялось, то местные автоматически теряют право на мир. А жить беженцам где-то надо. На самом деле льдышки, считай, многим помогли. Если не ныть и хорошо работать, то тут можно нормально жить и развиваться. Главное, держать нос по ветру.