- Ладно, Клаус, не горячись, я тоже рад нашей встрече, - усмехнулся капитан. - Томас, ты по-прежнему кидаешь гири и гнешь подковы? Тебе не надоело? Может, пора подумать о достойной пенсии? Я мог бы подкинуть тебе немного деньжат...
- Засунь их себе сам знаешь куда!
- Фу! Как грубо! Клаус, будь добр, представь меня молодому человеку!
- Герман Покровский - мерзкий человечишка и подлый предатель. Это из-за тебя тогда, у Национального банка, погиб Петр!
- Кто старое помянет..., - заметил капитан и повернулся ко мне. - Позвольте представиться официально - капитан Герман Витольдович Покровский - помощник исправника [1] уездной полиции. Итак, вы - Андрей Васильевич Самородок? Законный наследник имущества отца Никодима, в прежней жизни Василия Тимофеевича Селиверстова, предводителя разбойничьей ватаги по прозвищу Тень.
Мне на память пришла старая история, прогремевшая на всю страну. Шайка преступников дерзко ограбила Национальный банк. В перестрелке погиб один из нападавших. На след шайки так и не удалось выйти. Но не это самое удивительное, а то, что взятые из банковского хранилища деньги были переданы вдовам шахтеров, погибшим при обвале в шахте. Воистину благородный поступок, достойный Дубровского. Главарем той шайки был преступник по кличке Тень. Его было невозможно опознать, потому что он всегда скрывал свое лицо под маской. Даже его сообщники не знали, как выглядит их предводитель. Значит, вот какой у меня был "знаменитый" родственник!
Тут до моего сознания начали доходить слова Покровского.
- ...А значит по закону вам принадлежит все нажитое отцом Никодимом, включая известный ларец с его содержимым. Но здесь есть одна закавыка. У ларца имеется прежний владелец, и он собирается предъявить на него права.
Рядом со мной что-то шевельнулось.
- Стоять на месте! - рявкнул Покровский.
Полицейские вскинули оружие. Я вздрогнул и вдруг понял, что остался один на крыльце. Лежан и Томас скрылись внутри дома. Дверь захлопнулась за моей спиной. Вот так дела! Меня бросили...
- Ха-ха-ха! - злорадно засмеялся Покровский. - А вы как думали, молодой человек? Я сам когда-то верил в разбойничью честь. Но в этой среде действует принцип - своя рубашка ближе к телу. Спускайтесь с крыльца, Андрей Васильевич! Будьте моим гостем. Приказываю окружить дом, чтобы мышь не проскочила! А вы двое ломайте дверь! Да, я вам говорю, дубины стоеросовые!
На ватных ногах я сошел во двор. Дюжие полицейские принялись выбивать входную дверь, но она была сделана на совесть, и дело двигалось медленно. Покровский распорядился принести лестницу, и один из полицейских полез по ней на мансарду. Разбив окно, он проник внутрь.
Тем временем пала входная дверь, и полицейские ввалились в дом. Вскоре наружу вытащили карлика-силача. Руки Томаса были связаны за спиной, а из носа текла кровь. Но и полицейские имели изрядно помятый вид. Силач не сдался без боя. Один полицейский держался за разбитую голову, а у двух других на лицах виднелись синяки и кровоподтеки.
У меня никак не складывалась общая картина происходящих событий. И я обратился к Покровскому:
- Господин капитан, я не понимаю, вы полицейский или все же бандит?
- Андрей Васильевич, как вы можете сомневаться! - усмехнулся Покровский. - Конечно же, я - полицейский чиновник и состою на государевой службе! Благодаря этому имею положение в обществе, собственный дом и получаю приличное жалование. Но это не значит, что я всегда должен точно следовать букве закона. Жизнь - штука сложная, поэтому всегда возникает возможность компромиссов. И нужно уметь занимать выгодную позицию...
Капитан поставил ногу на чурбак и, красуясь, стукнул хлыстом по щегольскому, сшитому на заказ сапожку без каблука. У меня все похолодело внутри. Такие же сапоги были сегодня утром на главаре бандитов, когда он выходил из кареты. Как могут две пары такой дорогой обуви оказаться одновременно в одном месте? Покровский окинул меня подозрительным взглядом.
Стараясь сохранять спокойный вид, я задал новый вопрос:
- А как вы смогли так быстро сюда прибыть?
- Хороший вопрос, Андрей Васильевич! Мы оказались здесь благодаря этому герою! Семен, подь сюды!
Из сарая вышел прятавшийся там староста Приходько и несмело приблизился к капитану.
- Да не боись! - Покровский сунул хлыст за пояс и дружески приобнял старосту за плечи. - Мы как раз занимались поисками пропавшего отряда, когда Семен выехал нам навстречу. Он спешил в город, чтобы рассказать о появившихся в селе бандитах. Как хорошо, что есть такие герои. Но иногда они - досадная помеха. Впрочем, легко устранимая...
Капитан хладнокровно ударил старосту ножом в грудь. Приходько с изумленным видом повалился на землю, а я непроизвольно ахнул. Полицейский чин оказался отъявленным душегубом. Если он так поступил, значит полностью уверен в своей безнаказанности.