Она захлопнула дверь, торопясь, скинула пуховичок, сапожки и босиком побежала на кухню. Отдернула легкую штору и тут же удостоверилась: форточка надежно заперта, Юля провела рукой по гладкому профилю, от окна не дует. Странно. Тогда, наверное, сквозняк на лестничной площадке, кто-то опять курил на верхних этажах.
Раздеваясь по пути в комнату, она с удовольствием напевала прилипший в маршрутке шансонистый залихватский мотив. Тихое мужское покашливание за спиной заставило девушку стянуть свитер с головы гораздо живее обычного, хотя так некстати застрявший на лице ворот не давал разглядеть происходящее.
Открывшееся после борьбы со свитером зрелище ввергло Юльку в легкий ступор. В кресле сидел молодой человек в ее махровом халате, едва прикрывавшем мускулистую грудь, в рыжеватых волосах блестели капельки воды. На мощной шее тускло блеснул замысловатый серебряный обруч.
Мечущийся Юлькин взгляд выхватил длинные волосатые голые ноги на журнальном столике и бесстыдно розовые пятки, торчащие навстречу вошедшей в комнату хозяйке квартиры. Промелькнула глупая лихорадочная мысль, интересно, у него под халатом есть хоть что-нибудь?
Щеки вспыхнули предательским огнем, руки нервно поправили взлохмаченную прическу. Она попятилась к двери, стараясь уйти на безопасное расстояние. Судорожно расправила на плечах тонкую водолазку, к счастью, надела утром под теплый свитер, а то стояла бы сейчас полуголая.
Незнакомец не пошевелился, и даже не подумал изменить фривольную позу, молча наблюдал за хаотичными передвижениями Юльки. Необычного янтарного цвета глаза смеялись, собирая в уголках лучики морщинок, и это сбивало с толку.
- Вы кто? – спросила вдруг осипшим голосом, откашлялась и продолжила, как можно громче и строже, - Как сюда попали?
В голове проносились спутанные обрывочные мысли. Если вор, то почему голый? Если насильник, то почему мокрый? Почему ведет себя так спокойно, расселся, как у себя дома? Что делать: бежать или попробовать поговорить? На ум не пришло ничего лучше старого глупого анекдота о не очень сексуальном маньяке.
- Джули? – спросил незнакомец неожиданно приятным рокочущим баритоном и обаятельно улыбнулся, на щеках заиграли ямочки.
Он спокойно опустил босые ступни на пол, пошевелив пальцами ног на пушистом коврике. Теперь уже она завороженно наблюдала за его манипуляциями, опасаясь двинуться с места.
Широкие рукава Юлькиного кимоно плотно облегали мощные бицепсы и доходили ему только до локтей. И весь вид этого полуголого матово загорелого самодовольного детины чужеродно диссонировал с легкостью прозрачных зимних сумерек в квартире.
- Я – Иен, Иен Брюс, твой эээ… как это по-русски, кузен? – сам себя спросил мужчина, и сам же ответил. - Да, кажется, кузен. Ну, не совсем кузен, дальняя родня, седьмая вода на киселе, но родственник, да.
Иен прилично говорил по-русски, почти без акцента, но изъяснялся несколько странно, сыпал пословицами и поговорками, часто употреблял старинные выражения, время от времени возвращаясь на странное наречие английского языка, которое Юлька понимала с трудом. Вскоре свежеиспеченный родственник упомянул, что воспитывался бабкой с русскими корнями, и ей хоть что-то стало понятно.
Внезапно Брюс легко подхватился из кресла, зачем-то достал из кармана халата паспорт, сунул синюю книжицу в руки Юльке, тыкая длинными пальцами в свое фото.
Она чувствовала себя неуютно рядом с почти голым похохатывающим мужиком, панибратски хватавшим ее за руки, физически ощущала запах терпкого липкого парфюма и чужое дыхание на своем лице.
Инстинктивно все время пыталась отодвинуться на безопасное расстояние, но высказать неудовольствие вслух стеснялась, не придумала, как перебить повествовательный поток, повежливее выразиться и все же узнать почему гость в таком странном виде.
А новоиспеченный кузен упорно не замечал косых взглядов хозяйки, вел себя в чужой квартире, как рыба в воде, снова вернулся в кресло, нагло закинул ногу на ногу и продолжал вещать. Юля в душе даже позавидовала такой наглости, и сама решилась присесть на краешек дивана.