— Любящему мужчине хочется делать свою женщину еще счастливее.
Я слишком отвлеклась на слова Соян, а потому, умудрилась уколоть свой палец.
— Ю Мин, — Беря в свои нежные руки мой палец проворчала Соян. — Нужно быть аккуратнее.
Я с сожалением глянула на её вышивку и на свою. Соян была настоящей рукодельницей, и это меня радовало. Радовало, что у нее было любимое дело. Радовало, что демон не сделал Элю несчастной девушкой. Спасибо. Заметив эскиз птицы рядом с готовым драконом, я заинтересовалась еще больше.
— Красивая птичка…
Соян проследила за моим взглядом.
— Эта райская птица. — Воодушевленно ответила она. — На эту вышивку меня вдохновила одна старая баллада. Я прочла её в книге на забытом языке. Иногда, я даже радуюсь, что отец так упорно занимался моим образованием, и подобрал самого лучшего учителя. Ведь, теперь я могу читать книги, которые многие не могут прочесть.
— Что за баллада? — Мне вдруг стало интересно, что вдохновило Соян.
Девушка отодвинула ткань от себя. Пару секунд она над чем то размышляла, а потом неожиданно для меня сказала:
— Я бы спела, но на нашем языке она звучит, как стих. Поэтому, я тебе его прочитаю.
Я уперла свой подбородок на ладонь, и приготовилась слушать. Мне хотелось, чтобы Соян спела. Эля в реальности очень красиво поет, и вновь услышать её голос… Я мечтала об этом. Но раз Соян решила, что так лучше, я послушаю древнее стихотворение.
— Жил в стране, где дни короче мужичок со своей дочкой.
Пряли пряжу из печали, наводя на местных страх.
Под покровом темной ночи дева в птицу превращалась,
Человеческое тело обращая в легкий прах.
Но однажды, повстречался деве парень молодой,
И познало птичье сердце радости любви земной.
Только, предал её парень, выдал тайну он народу.
План его был столь коварен, покушился на свободу.
Вырваться из рук людских птице удалось,
Спрятаться в глуши лестной девушке пришлось.
Бродит с тех времен она по крутому склону,
Носит в руках слабый свет, и поёт дракону:
«Грусти жизнь моя полна,
Полюбила я лжеца.»
Тройной удар сердца привел меня в чувство. Дрожащим голосом я попросила:
— Повтори последнюю строчку.
Соян смутилась, но просьбу выполнила.
— Грусти жизнь моя полна, полюбила я лжеца.
Глава 6
В покоях Темира не оказалось. Стража неохотно сообщили, что Его Высочество отбыл на разговор с одним из Императорских наместников, и мы с Соян понеслись в обозначенную сторону. Сторону тронного зала.
— Что за муха тебя укусила? — Причитала себе под нос девушка, стягивая мою руку со своего запястья. — Я ничего не понимаю!
— Тебе и не нужно понимать. — Огибая статуи двух змей, я пнула одну из них. Соян втянула воздух, посчитав мое поведение за неуважение, но она не знала, что неуважение я проявляю не к Императору, а к демону, который издеваясь надо мной решил, что символом южной Наора-Ян будет королевский питон.
Наконец, мы дошли до подножия ступеней к тронному залу. Темир улыбался неизвестному мне мужчине в странном изумрудном колпаке. Мои махания руками привлекли его внимание.
— Не делай так! — Прошипела Соян.
Темир разглядев мою панику спешно отпустил наместника, и уже, быстро спускался по ступенькам.
Не дойдя до нас три ступени, он выкрикнул.
— Что у вас произошло?
— Я знаю откуда строчки из загадки, — Торопливо отвечала я. — Соян прочитала мне старую балладу на древнем языке, и в самом конце озвучила эти строки.
Темир резко повернул голову в сторону стоящей в недоумение Соян, и требовательным тоном спросил:
— Что за баллада?
— Она про девушку имеющую возможность превращаться в райскую птицу, — Без лишних вопросов отвечала ему жена. — Её предал возлюбленный, и дева бежала к крутому склону на Жемчужном пути. Там, она встретила плохо зрячего дракона, и теперь носит в руках огромный фонарь, чтобы направлять его путь.
Мы молчали, обдумывая каждую деталь. Жемчужный путь, торговая дорога ведущая от южной Ноаро-Ян к северной.
— Эта баллада основана на реальных событиях? — Спросил Темир.
— Мне неизвестно, — Соян по прежнему не задавала никаких вопросов. Я догадалась, что в их отношениях так принято, если нужно; — муж сам расскажет жене все подробности. — Баллада старинная, со времен, когда Ноара-Ян была общей страной и имела общий язык.
— Я слышал о легенде про дракона на крутом склоне, — На этот раз Темир заговорил со мной. — Но считал все байками. Дракон был стражником нашей страны, но скрылся в склоне не выдержав предательства людей. Наш предок приказал проколоть глаза спящему дракону, чтобы тот не смог защищать Императора, после этого дракон и ушел.