Анна покачала головой.
— Никто не убивает того, у кого он всегда может занять денег.
— Может, мы напрасно ищем мотив?
— Преступление, совершенное в порыве страсти? — спросила Анна. Эта мысль приходила ей в голову, но, насколько она знала, Гленн и Моника не были связаны романтическими отношениями, что опровергало сценарий с ревнивым любовником.
До того как они успели выдвинуть новые версии, дверь приоткрылась и девушка-панк просунула свою голову.
— Они ждут вас, — сказала она Брэнту. — Нужен разогрев?
Он подмигнул, давая понять, что в этом не будет необходимости. Пока Анна изо всех сил старалась не думать о том, какой разогрев девушка имела в виду, Брэнт встал.
— Послушай, мне жаль — тебя обвинили напрасно, — сказал он Анне. — Если я чем-то смогу помочь, вы знаете, где меня найти.
— Спасибо, — сказала она, подумав, что Брэнт и так уже сделал для нее очень много.
Он поцеловал ее в щеку и вышел за дверь, оставляя после себя запах сухого вина.
— На Брэнта рассчитывать не стоит, — холодно заметила Анна, когда они отъезжали с места парковки. — Мы не продвинулись ни на шаг.
— За исключением того, что теперь мы точно знаем, как обстоят дела с Гленном.
— Да, я знаю, что он лжец и подлый тип.
В этот раз Анна не сдержалась и все рассказала Марку о том дне — как Гленн ее лапал, и что, если бы Брэнт не остановил его, взял бы ее силой. Марк не сказал ни слова. Когда Анна закончила, он неожиданно обнял ее за плечи.
— Ты ведь знаешь, что в этом не было твоей вины, правда? — настойчиво спросил он, оборачиваясь, чтобы посмотреть ей в глаза.
— Умом я это понимаю.
— По-моему, тебе нужно возложить вину на того, кому она на самом деле принадлежит.
— Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь, — сказала Анна.
— Возможно, ты боишься, что тебе придется принять какие-то меры.
Она позволила себе слегка улыбнуться.
— Это в тебе говорит психиатр.
— Просто пообещай мне, что в следующий раз, когда кто-нибудь тебя сильно разозлит, ты задашь ему жару.
— Даже если это будешь ты?
— Особенно если это буду я.
Анна даже не осознавала, что дрожит, пока Марк не заключил ее в свои объятия и она не почувствовала, что успокаивается.
— Я все равно не представляю Гленна в роли убийцы, — возразила Анна. И это несмотря на то, что ей хотелось бы, чтобы это был он.
— А ты могла раньше представить его в роли насильника?
— Он не… — Анна остановилась. — Нет.
Марк откинулся назад.
— Хорошо, тогда посмотрим, что Гленн может сказать в свое оправдание. — Выражение его лица было хмурым, когда он нажал на сцепление и выехал на дорогу.
— При условии, что он вообще будет с нами говорить.
— В любом случае мы застанем его врасплох.
Интересно, какая от этого будет польза, подумала Анна. Если даже представить себе, что Гленн действительно убил Монику, каким же образом они это докажут? Даже если…
Она указала Марку дорогу к офису Гленна, добавив:
— Если мы поспешим, то застанем его прежде, чем он уйдет на ланч.
Глава одиннадцатая
В тот время как Анна и Марк двигались на юг по шоссе Санта-Моника, Финч рассматривала конверт, лежавший на ее комоде. Сразу после завтрака она ушла тренировать Чейен и заскочила домой, чтобы принять душ и переодеться перед тем, как встретиться с Энди. Они были хозяйками чаепитий в «Ти-энд-Симпаси», проводившихся в честь дня рождения тринадцатилетних девочек, первое из которых увенчалось огромным успехом, так что теперь у них было много заказов на несколько месяцев вперед. Но мысли о довольном визге тринадцатилетних девочек исчезли в тот момент, когда Финч взяла в руки письмо, несомненно оставленное Мод, которая обычно забирала почту. Конверт нежно-голубого цвета слегка пах лавандой и был довольно сильно помят. Когда Финч увидела обратный адрес, ее сердце учащенно забилось.
Мисс Лорейн Уэллс
1345 Беллвю-Мэнор
Пасадена, Калифорния 91105
Она упала на кровать, разрывая в клочья край конверта. Когда Финч писала Лорейн, то не ожидала, что та так быстро ей ответит. На самом деле она не надеялась, что та вообще ответит. И вот теперь Финч дрожащими пальцами достала лист канцелярской бумаги.
Дорогая мисс Кайли!
Спасибо вам за ваше письмо. Я бы хотела встретиться с Вами, если это возможно, но, к сожалению, я сейчас не очень часто выхожу из дому. Мне восемьдесят семь лет, и мне были реплантированы обе ноги. Если бы Вы приехали ко мне, я была бы Вам очень благодарна. Я уверена, что нам будет о чем поговорить.