Интересно, подумала Финч, что в следующий раз придумает эта семья?
Глава пятая
— Я ничего так не боялась со дня похорон отца, — сказала Анна.
— Это Монике должно быть страшно, — угрюмо ответила Лиз.
Ее взгляд был устремлен на дорогу, глаза закрывали солнцезащитные очки, которые тем не менее не могли скрыть ее грозного выражения лица. Лиз так крепко сжала руль, что ее суставы выступили, словно выбеленные узлы на веревке.
— Речь идет не только о том, что Монике нужно вылечиться. Ей ничего не стоит оставить маму без единого цента.
Они достигли вершины холма и уже приближались к повороту на шоссе номер один. Вдалеке, вдоль горизонта, элегантно лежал туман, словно какое-то причудливое строение, а внизу виднелся кусочек сверкающего океана. В воздухе появился намек на прохладу, и Анна приоткрыла окно, подставляя легкому ветерку свое лицо. Если бы всю эту неделю не нужно было находиться с сестрами, ее взволновала бы перспектива провести пять дней в Малибу. Но вместо этого Анна испытывала только тяжесть на душе.
— Сомневаюсь, что Моника так далеко зайдет, — сказала Лиз, — держать тебя на коротком поводке намного веселее. — Ее голос был таким же откровенным и непреклонным, как солнечный свет, отражающийся от складного верха ее спортивного красного «Миата». — Как ты считаешь, почему она тебе платит ровно столько, чтобы ты могла сводить концы с концами?
— Да, но есть еще и Эдна. Без нее… — Анна замолчала. Лиз была права. Мотивы Моники направлены на удовлетворение только своих собственных интересов даже тогда, когда и Анна получала от этого какую-то выгоду.
Лиз пристально посмотрела на сестру.
— Ты не обязана защищать Монику.
— Я знаю. Просто… — Анна вздохнула, — просто она не такая уж плохая.
— В этом вся наша Анна — всегда ищет во всех что-то хорошее, — голос Лиз был щедро приправлен сарказмом. Она притормозила на перекрестке, слегка надавив на педаль.
Анна подумала, не лучше ли было взять ее машину: в таком случае возрастала вероятность того, что она сломается и у них будет уважительная причина, чтобы повернуть назад.
— Ты так об этом говоришь, словно в этом есть что-то плохое.
— Нет, в этом нет ничего плохого. — Напряжение на лице Лиз исчезло, и она протянула руку и похлопала Анну по колену. — Прости, я не хотела срываться на тебе.
Что-то произошло: Лиз всю неделю вела себя странно, и Анна считала, что это не только из-за Моники.
— О’кей, кто он? Выкладывай! — Анна слишком хорошо знала свою сестру. Не нужно было хрустального шара, чтобы понять, что в жизни Лиз появился новый мужчина. — Это тот новый массажист, которым восхищаются все дамочки на курорте?
После развода в прошлом году Лиз встречалась с несколькими мужчинами, но это были ни к чему не обязывающие романы. Неужели на этот раз все серьезно?
— Почему ты думаешь, что я с кем-то встречаюсь? — Лиз изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение лица.
— Возможно, потому, что у меня самой нет личной жизни. Я замещаю ее личной жизнью других людей, — Анна печально усмехнулась.
— Ох, если бы это было не так!
— Что именно?
— Если бы ты перестала себя подавлять!
Разве Финч сказала ей не то же самое? Анна вздрогнула и слабо запротестовала:
— Я всего-навсего пошутила.
— Ты знаешь, что по этому поводу говорил Фрейд? Случайностей не бывает! — Лиз нажала на кнопку, и окно с легким жужжанием закрылось, преграждая путь океанскому бризу. Она включила кондиционер.
— Ты слишком молода, чтобы говорить о себе так, словно ты — старушка в кресле-качалке.
— Ты забыла сказать о том, какой красивой я стану, когда похудею.
— Ну, ты и сейчас красивая, — Лиз окинула сестру беглым взглядом. — Кстати, о весе. Не помню, чтобы ты когда-нибудь была такой худой. Сколько ты уже сбросила?
Худой? Возможно, по сравнению с тем, сколько она весила раньше, ее и можно назвать худой, но она точно не будет в ближайшее время сниматься для журнала «Вог». Анна пожала плечами.
— Я не знаю. Я перестала взвешиваться в прошлом году, после того как одна милая старушка в Сэйфвей спросила меня, когда я должна родить.
— Ух, — Лиз сочувственно содрогнулась. — Ну, не знаю, что ты там делаешь, но это срабатывает. Ты отлично выглядишь.
Анна засияла, позволив себе на долю секунды насладиться похвалой Лиз.
— Я похудела на несколько размеров.