— Вниз, — приказал Джек, извиваясь в попытке освободиться. Финч опустила его на ковер и смотрела, как он зашагал к Сэм, которая, сморщив нос, взяла его на руки.
— Уф! Кому-то нужно поменять подгузник. Сейчас я вернусь, ребята. Там в холодильнике лимонад, угощайтесь. — Она махнула в сторону кухни, где на столике возвышалась огромная тарелка с лимонами. — Люк приносит их ведрами. У меня уже закончились рецепты блюд, в которых их можно использовать.
— Классная бабушка, — озвучил свое одобрение Люсьен, когда Сэм вышла из комнаты.
Финч улыбнулась.
— Это точно!
Сэм стала любимой бабушкой Финч, после того как девочку удочерили Лаура и Гектор. Они прошли в залитую солнцем кухню, выходившую окнами на задний двор, и Финч налила себе и Люсьену по стакану лимонада. К тому времени как Сэм вернулась, поменяв Джеку подгузник, они сидели на диване и листали альбом с детскими фотографиями. Финч улыбнулась, увидев одну из них, с первого дня рождения Джека. Вместо того чтобы задувать свечу, малыш сразу набросился на торт, и его полные щечки были испачканы шоколадной глазурью.
Сэм поставила сына на пол, и он тут же направился к корзине с игрушками, стоявшей возле камина, и вывалил на пол целую кучу развивающих игр, кубиков с алфавитом, игрушечных машинок и пластмассовых зверюшек. Сэм одобрительно кивнула, села на стул и спросила Люсьена:
— У тебя есть братья или сестры?
— Нет, но мне всегда хотелось, чтобы они были, — сказал он, улыбнувшись при виде еще одной фотографии, на которой Джек был весь в грязи. — Кажется, вам приходится частенько заниматься уборкой.
— Ты даже не представляешь, насколько часто. — Сэм рассмеялась, а Финч еще раз поразилась тому, как легко Сэм балансировала между взрослыми дочерьми и маленьким ребенком. И к тому же она всегда была идеальной хозяйкой.
Но Финч откашлялась, вспомнив, что они не в гости приехали.
— Насчет Анны…
— Это ужасно, не правда ли? — покачала головой Сэм. — Если бы я могла чем-нибудь помочь!
— Вообще-то ты можешь это сделать, — Финч повысила голос, чтобы перекричать звуки, которые издавал Джек, стуча игрушечной машинкой по ящику. — Мы собираем деньги на судебные издержки.
Сэм просияла.
— Какая чудесная идея!
— Сколько можешь, — сразу приступила к делу Финч, не желая, чтобы Сэм подумала, что на нее оказывают давление.
— Присмотри за Джеком, Я вернусь через минутку. — Сэм вылетела из комнаты и через несколько секунд вернулась уже с чеком в руке.
Финч открыла рот от удивления, когда увидела сумму — тысяча долларов!
— Это… ух… я не знаю, что сказать, — запинаясь, произнесла она.
— Это самое меньшее, что мы можем сделать, — сказала Сэм, хотя Финч знала, что это было намного больше, чем они с Ианом могли себе позволить. — На самом деле если бы не Джек, я бы с тобой стучалась во все двери. — Она сделала паузу и задумалась. — Совсем забыла. Ведь ничто не мешает мне сделать пару звонков.
— Ух, это было бы здорово, — наконец-то смогла выговорить Финч.
— Я знала, что мой старый справочник из Детской лиги однажды пригодится.
Когда Сэм вышла проводить гостей, в ее глазах зажглись искорки. Несмотря на ее женственность, у нее было отважное сердце. Она с огромным удовольствием обратится с этой просьбой к знакомым дамочкам, многие из которых ужаснутся, услышав просьбу пожертвовать деньги для женщины, обвиняемой в убийстве. В дверях Сэм обняла Финч, и когда Люсьен протянул ей руку, она проигнорировала этот жест и тоже заключила его в объятья.
— В любой момент, когда захочешь испытать, как это — иметь младшего брата, — сказала она Люсьену, — можешь позаимствовать Джека.
Люсьен улыбнулся.
— Спасибо, я буду иметь это в виду.
Они уже собирались уходить, когда Финч вспомнила, что хотела спросить.
— Ты будешь на похоронах?
— Ни за что на свете не пропущу их, — голос Сэм был скорее равнодушным, чем грустным. А почему бы и нет? Моника не очень-то беспокоилась о том, чтобы расположить к себе окружающих. И хотя на похороны, несомненно, придет огромное количество народу, они сделают это, скорее всего, для того, чтобы поглазеть на знаменитостей, и вряд ли многие будут плакать на могиле.
К концу дня Финч и Люсьен зашли еще в дюжину домов и собрали несколько сотен долларов в придачу к пожертвованию Сэм. В доме у Окоа ребята вежливо съели по печенью, а у Шарпов — по кусочку кофейного пирога. Когда они выходили от Рэтлифов, где старенькая миссис Рэтлиф настояла на том, чтобы они попробовали ее домашние плюшки, Финч прошептала: