– А почему ты считаешь, что я из другой цивилизации?
– Ну, во-первых не ты, а вы, вас несколько, а во-вторых, я не думаю, я знаю. Что вас занесло сюда, мы еще обсудим, но в данном периоде времени меня смущает возможность хаоса в умах, который может возникнуть в головах аргедонцев, а хаос, если он наступает, должен быть управляемым.
– Тогда это уже не хаос, – заметил Саша.
– Все зависит от того, с какой стороны смотреть. Для участников – хаос, для того, кто его создал – система. Как устроен ваш мир, не знаю, но видимо не так, как наш, но вы, возможно, придете к тому же, что и мы. Вам придется пройти тот же путь. Мы видим четче. Считаешь, что я ошибаюсь?
– Не знаю, но не будем говорить о том, чего ты не знаешь.
– Как и ты о нас. Но время еще будет поговорить.
Сашка несколько напрягся, ответ мог предусматривать, что отсюда он может выйти не скоро, если вообще выйдет, а друзья не знают, где его искать.
– Успокойся, – словно прочитал его мысли ПИ, – ты вернешься назад.
– Умеешь читать мысли?
– Немного, но в данном случае я просто давно живу и умею понимать даже то, что еще не сказали. Подойди к окну, – предложил он, и Саша, не дал себя уговаривать, поднялся и подошел. На уровне его глаз была горная гряда, покрытая снежными шапками. Внизу словно серый туман проплывали облака, а что под ними, видно не было.
– Видишь, какая красота! Я уединился сюда, потому что устал от города, от людей. Природа успокаивает. Когда облаков нет, то внизу видны луга, речка. А что за окнами города? Много ли там нового, интересного? Там все по-прежнему. А здесь эта статичность только кажется постоянной, она всегда разная в игре света и теней. Тени некоторых гор появляются раньше света. А там ничего нет, кроме мелких пожирателей пищи, их мелких духовных запросов. Их жизни ничтожны и ничего не значат.
– Жестоко ты о них.
– Я их люблю, без этого нельзя, но не считай, что их ничтожные жизни так уж пусты для меня.
– Такими их воспитали.
– Такими они захотели быть. Им это нравится.
– Ты так думаешь или знаешь их мнение?
– Не забывай, кто я! Я знаю, а не думаю.
– Ты не любишь аргедонцев, но все, что вокруг тебя, создано их трудом.
– Ну, что ты! Без них будет очень уныло. Я не испытываю к ним неприязни. Это все равно, что обидеть безобидное животное. Согласен, построили они, но под руководством.
Саша вернулся в свое кресло: – Зачем ты меня пригласил?
– Считай, что некая мера предосторожности, но не лукавь, ты спровоцировал ситуацию и сам хотел увидеть меня, не зная, кто я, но понимал, что кто-то управляет этим миром. В предосторожность вмешивается доля любопытства, а от этой дамы не так просто избавиться. Иногда ее надо просто удовлетворить.
– Это так, – согласился Сашка.
– Зачем тебе это было надо?
– Ты сам сказал любопытство.
– Нет, – прозвучал простодушный, обескураживающий ответ. – Это я так к слову. Ты, вернее вы, пытаетесь прощупать состояние общества, понять его устройство, но не можете и поэтому вам надо пообщаться с его правителем. Вам сложно понять нашу жизнь, надо прожить долго на Аргедоне, чтобы почувствовать атмосферу, понять логику взаимоотношений.
– Ты понял?
– Нет, хотя занимаюсь этим сознательно всю жизнь.
– Тогда мне точно не успеть, – усмехнулся Сашка. – Ты не устал от одиночества?
– Сейчас я им наслаждаюсь. Раньше, по молодости, хотел все успеть, и было не до одиночества, но, конечно, тяготило, а потом втянулся. Да и не один я здесь, как ты мог заметить. У меня есть помощники из различных областей науки, искусства.
– И часто ты их видишь?
– Почти никогда, для этого мне нет необходимости их видеть воочию.
– Мне тебя жаль.
– Почему?
– Ты заключил себя между миром живых и тенью своей смерти.
– Как ты сказал? Повтори!
– Ты заключил себя между миром живых и тенью своей смерти, – повторил Саша внятно.
В ответ он услышал тишину, которая затянулась минуты на две.
– Ты верно заметил. Сладкая фраза. Я никак не мог сформулировать свое состояние, а ты смог. Уже только это говорит, что не зря я тебя пригласил. Только за это и то тебе спасибо, – он снова замолчал.
– Но вернемся к нашей теме, – продолжил он, – Мне понравилась твоя идея о создании клуба ОСА. Не отказывайся, – видя, что Саша хочет возразить, – знаю, что идея твоя. Здесь ты прав, надо давать выход эмоциям, мыслям граждан, их мнению, но все это надо контролировать, иначе могут быть большие неприятности. Все это уже было. История может повториться, только в более жестокой форме. Мысли не должны бродить сами по себе, как ветер в пустом.