На календаре был конец ноября, погода стояла прохладная, поэтому дома Мэгги ходила в своих самых старых джинсах и некогда красной, а теперь вылинявшей и вытянутой, но очень теплой и удобной толстовке. На самом деле даже этот наряд был ей к лицу, поэтому Мэгги потребовалось лишь сменить дурацкие ярко-розовые тапочки с мохнатыми помпонами на что-то более приличное. В шкафу как раз нашлись сравнительно удобные сабо на невысокой танкетке. Немного косметики – и Мэгги была полностью готова к приему гостей.
Она как раз подушила запястья «Шанелью» № 5, когда у входной двери раздался звонок. Поспешно убрав духи обратно в коробочку, Мэгги ринулась вниз.
– Привет! – воскликнула она, не скрывая своего удовольствия.
– Привет. – Алекс шагнул в прихожую. В грязных джинсах, свитере и с запутавшимся в волосах сухим листком, он выглядел довольно неряшливо, но Мэгги это не удивило. Алекс верен себе, подумала она ласково.
– А ты стала еще красивее за то время, что я тебя не видел.
– В самом деле? – Мэгги почувствовала себя польщенной. В глубине души она боялась, что напряжение и переживания последних недель будут заметны.
– Угу. – Он отступил на полшага назад и, прищурившись, окинул ее испытующим взглядом. – Только немного похудела. Или мне кажется?
– В последнее время я много бегаю, – пояснила Мэгги. – Ну и, конечно, сбросила пару фунтов. Странно, что ты заметил… В этом старье… – Она слегка поправила подол толстовки.
– Ты просто забыла, как хорошо я тебя знаю.
Мэгги невольно вспыхнула, вспоминая, насколько близки они были много лет назад. С тех пор прошло около десятка лет, но какая-то сексуальная химия сохранялась между ними до сих пор.
– Чаю? – предложила она, решив сменить тему.
Алекс прошел за ней в кухню.
– Извини, у меня беспорядок, – проговорила Мэгги, показывая на заваленный книгами и бумагами стол.
– На тебя это не похоже, – заметил Алекс. Даже в студенческие годы Мэгги была очень аккуратной.
– Не похоже, – легко согласилась она. – Но я так увлеклась статьей, что забыла обо всем на свете.
– Ага… – Алекс склонился над ноутбуком и ткнул пальцем в какую-то клавишу, отключив «хранитель экрана». – Не возражаешь, если я взгляну?
– Нисколько, – ответила Мэгги и, подойдя к буфету, привстала на цыпочки, чтобы достать с верхней полки «гостевой» заварной чайник. Для повседневного использования у нее был другой – дешевый и щербатый, но Натана как раз не было дома, и она могла не бояться, что он его разобьет.
Алекс молчал. Он с головой ушел в чтение, и Мэгги почувствовала странное волнение. С тех пор как она встречалась с Кло, это был первый случай, когда кто-то читал ее статью при ней. Воспоминание о Кло пришлось очень некстати – Мэгги даже почувствовала, как ее рот наполняется горечью, но постаралась поскорей взять себя в руки. Будь она проклята, если станет думать о Кло сейчас!
Пока Алекс читал (он даже не присел, а так и стоял, склонившись над монитором и опираясь руками о стол), Мэгги исподтишка рассматривала его и пыталась представить, что бы она чувствовала, если бы это была их самая первая встреча. Как и Джеми, Алекс был высок и темноволос, но на этом сходство заканчивалось. Лицо у него было не таким угловатым, а большие темно-карие глаза и темные мохнатые брови производили почти комическое впечатление. То, что Алекс не лишен чувства юмора, было видно по слегка саркастическому изгибу его губ, которые пересекал тонкий шрам – память о тех временах, когда он играл в регби. Регбистом Алекс был превосходным, однако любовь к пудингам и кексам сделала свое дело: за последние годы он заметно оплыл и теперь напоминал сложением скорее большого плюшевого мишку, чем Супермена. Как и ей, сейчас ему было под сорок, однако, несмотря на возраст, Алекс сумел сохранить в неприкосновенности свое обаяние «парня с соседней улицы», которое в свое время так нравилось матерям его сверстниц, не исключая и матери Мэгги.
Похоже, подумала Мэгги, я так и не сумела оценить его по достоинству, когда встречалась с ним много лет назад. Тогда ее привлекала более явно выраженная мужская красота – такая, какой сполна был наделен Джеми, но сейчас она понимала, что́ находили в Алексе зрелые женщины. Главной чертой его характера была не мужественная брутальность настоящего мачо, а доброта и открытость, которые с возрастом стали только еще более заметными.
– А что, интересная статья, – сказал Алекс. – Особенно мне понравилось подробное описание питейных привычек члена парламента. Очень остроумно получилось.
Мэгги снова порозовела. Похвалы Алекса были ей очень приятны.