Сознание того, что Мэгги ее ненавидит и что вина за случившееся падет на нее одну, как только вся история выплывет наружу, заставляла Кло содрогаться.
Она даже не рассказывала о своем романе почти никому из подруг, а это был верный знак, что собственное поведение ей не очень-то нравится. Даже Сэму Кло не открыла никаких подробностей, а ведь брату она доверяла как себе. Родителям она и вовсе ничего не сказала. Единственным человеком, который знал, что Джеймс ушел из семьи, был Роб, но не сказать ему Кло просто не могла – он бы раскусил ее в два счета. А значит, только с ним она могла посоветоваться, но советоваться не хотелось. Почему-то Кло было уже почти все равно, что произойдет с ней и с Джеймсом дальше.
Она бы, наверное, еще долго терзала себя подобным образом, но тут в дверях кухни появился Сэм. Он зевал и тер кулаками глаза.
– Сестренка, я тебя не узнаю! – проговорил Сэм. – Что это на тебя нашло?
Он смотрел на груду чистых чашек и тарелок, сложенных на сушке рядом с раковиной. Похоже, Кло так глубоко задумалась, что сама не заметила, как перемыла всю посуду.
– А впечатляет, верно? – Кло ухмыльнулась, не без труда переключившись на более позитивные эмоции.
– Когда-нибудь ты станешь кому-то хорошей женой, – заметил Сэм. – Но пока ты ею не стала… Как насчет чашечки чая для бедного младшего братика, который никак не может продрать глаза после многочасового перелета?
– Разумеется. – Кло бросилась к чайнику, налила воду и поставила на огонь. – А может, хочешь кофе? Самое то, чтобы взбодриться.
– Нет, лучше чаю. И лучше травяного, если у тебя есть.
– Ты это серьезно? – удивилась Кло. Раньше Сэм пил только очень крепкий чай или очень крепкий кофе, добавляя в них огромное количество сахара.
– Абсолютно. Я теперь слежу за своим здоровьем.
Кло улыбнулась про себя. В поезде по пути из аэропорта Сэм очень тонко издевался над калифорнийским культом красивого тела, но, похоже, сам он в полной мере воспринял тамошний стиль жизни.
Минут через пять, держа в руке чашку декофеинизированного кофе (это было единственное, что смогла сделать для него Кло), Сэм вернулся на диван и улегся, прикрыв ноги пуховым одеялом. Потат, которого он слегка толкнул в бок, приоткрыл один глаз и нехотя подвинулся.
Сэм снова душераздирающе зевнул.
– Ну а как твоя личная жизнь? – поинтересовался он.
Кло понимала, что рано или поздно Сэм непременно задаст этот вопрос, и тем не менее колебалась, не зная, с чего начать.
– В полном беспорядке, – призналась она наконец.
– Ты что, встречаешься сразу с несколькими парнями? – поддразнил Сэм.
«Если бы!» – подумала Кло. Впрочем, теперь она знала, как можно начать непростой разговор.
– Не совсем так. Я бы сказала, совершенно наоборот, – ответила она.
– Как это – наоборот? – удивился он. – Ни в жизнь не поверю, что у тебя никого нет! Или ты встречаешься с парнем, у которого есть кто-то еще?
Кло кивнула.
– Можно сказать и так.
– И тебе это нравится?! – Сэм пристально всмотрелся в ее лицо. – Вижу, что не нравится… и правильно, что не нравится! Мы уже слишком взрослые для «свиданий вчетвером» и прочих подростковых игрищ. Скажи ему, что хочешь встречаться по-нормальному, или пошли его подальше. Я знаю, ты умеешь.
– Он женат, – пояснила она и поспешно отвернулась.
– Он – что?!!
– Он женат, – повторила Кло. Она чувствовала, что брат смотрит на нее, но была не в силах встретить его взгляд. – Правда, он больше с ней не живет, – добавила она в надежде смягчить неприятное впечатление, которое произвели на Сэма ее слова.
– Ты сказала – больше не живет. Значит, раньше он…?
– Э-э, да, – призналась Кло и почувствовала, как у нее горят уши. Себя она могла обманывать сколько угодно, но врать брату ей не хотелось. – Он ушел из семьи всего месяц назад.
– А до этого? Сколько времени у вас это уже продолжается?
Кло мысленно прикинула, сколько месяцев прошло со дня их первого свидания.
– Около полугода. – Теперь у нее пылали не только уши, но и щеки, и даже шея пошла безобразными красными пятнами. Кло было ужасно стыдно. Несмотря на то, что Сэм был моложе ее, она отчаянно нуждалась в его одобрении. Так повелось еще с детства, когда родители с головой ушли в собственные проблемы и им волей-неволей приходилось присматривать друг за другом.