– Я знаю. – Эти слова ударили ее прямо в грудь, ударили с такой силой, что на мгновение ей стало нечем дышать, но Кло каким-то чудом удалось справиться с собой. – Я же не прошу, чтобы ты его бросил.
– Я знаю, но…
В этот момент Кло вдруг отчетливо вспомнила свой двухнедельной давности разговор с Крейгом – журналистом, который собирался писать статью о том разрушительном воздействии, которое родительский развод может оказать на ребенка, на всю его последующую жизнь, включая проблемы с созданием собственной семьи во взрослом возрасте. На мгновение Кло представила себя на месте Натана и вновь ощутила себя беспомощной и несчастной – совсем как когда-то, когда у нее на глазах разваливалась ее собственная семья, когда ее родители с головой ушли в решение собственных проблем, а она не могла ни понять, что происходит, ни заставить их вести себя иначе.
– Я же не требую, чтобы ты их бросил, – пробормотала Кло и почувствовала, что ее глаза тоже наполнились слезами. Прежде чем она успела взять себя в руки, соленая влага потекла по ее щекам и закапала на колени.
– Ох, Кло! – снова сказал Джеймс, целуя ее. Это была, наверное, единственная вещь, способная заставить Кло чувствовать себя лучше, поэтому она поцеловала его в ответ, отгоняя печаль, растерянность и отчаяние.
– Мне очень жаль, Кло. – Он отвел в сторону ее челку, чтобы заглянуть в глаза.
– Мне тоже… – Она шмыгнула носом, и они снова поцеловались, на этот раз откинувшись на покрывало. Слезы еще не совсем высохли на ее глазах, когда Кло неожиданно хихикнула.
– Я думаю, мы просто перебрали новых впечатлений, – сказала она.
– А еще этот перелет…
– И смена часовых поясов! – Джеймс снова начал целовать ее, на этот раз более жадно, словно мысль о возможном расставании была для него непереносима. В какой-то момент волна его страсти подняла на своем гребне и ее – подняла, закружила, и в тот же миг и прошлое, и будущее потеряли всякое значение. Не осталось ни Натана, ни Мэгги, ни самой Кло – осталось только предвкушение того, что должно было произойти. И оно произошло… Они снова занимались любовью, занимались медленно, не спеша, и Кло невольно вспомнила вид, открывшийся ей со смотровой площадки на крыше Эмпайр-стейт-билдинг – вспомнила огромный город и крошечные фигурки людей, которые сновали далеко внизу или сидели по своим квартирам, и у каждого были своя собственная жизнь и своя судьба. А потом Кло подумала, что и они с Джеймсом тоже похожи на двух муравьев в огромной, равнодушной вселенной и что она не может остановить ход событий точно так же, как не может заставить Землю перестать вращаться.
Что будет, то будет, решила она, чувствуя, как он плавно скользит где-то глубоко внутри ее, и казалось, этому неторопливому, нежному, бесконечно приятному движению не будет конца.
19
На следующий день Мэгги отвезла Натана к Фрэн, чтобы он поиграл с Дэном, а сама села в поезд и отправилась в Лондон, чтобы встретиться в галерее Тейта с Джин. Как и следовало ожидать, подруга уже ждала ее на ступенях музея, от нечего делать разглядывая ползущие по Темзе пароходики и буксиры.
– А-а… привет! – Джин сдвинула на лоб солнечные очки и поцеловалась с Мэгги, не прикасаясь, впрочем, к ней губами. – Как дела?
– Как будто ничего, – ответила Мэгги, входя вслед за Джин в вестибюль, где находилась билетная касса. – А что?
– А то, что, когда мы приезжали к вам в гости, твой Джеймс вел себя как последняя задница.
Мэгги невольно вспыхнула: Джин по обыкновению не стеснялась в выражениях. И что это ей вздумалось ворошить столь давние события? Вечеринка, на которой Джеми во всеуслышание заявил, что больше не хочет иметь детей, состоялась уже несколько недель назад, и если для самой Мэгги вопрос оставался актуальным, то для Джин… Да какое ей дело, в конце-то концов?!
– Да нет, теперь все в порядке. В полном! – быстро сказала Мэгги, пристраиваясь в конец очереди. – Кстати, вчера вечером Джеми звонил из Нью-Йорка и сказал, что купил мне какой-то подарок.
– Как это мило с его стороны. – Джин слегка толкнула ее локтем под ребра. – Говоришь, у вас все в порядке? Значит, у Натана скоро появится младший братик или сестричка?
– С чего ты взяла? – простодушно удивилась Мэгги.
– С того, что в последние дни перед отъездом в Нью-Йорк у твоего Джеймса был очень довольный вид. Ну точь-в-точь как у кота, который дорвался до сметаны. Я как его увидела, так сразу подумала, что вы небось каждую ночь трахаетесь так, что пыль столбом. Раньше я считала, что это заметно только по женщинам, но Джеми опроверг эту точку зрения.