– Что случилось?! – воскликнул Джеймс, когда она вихрем ворвалась в их номер. – Что за спешка? За тобой гонится полиция?
Сам он стоял посреди комнаты и не спеша развязывал галстук. Лицо его казалось совершенно спокойным, и Кло подумала, что, возможно, она напрасно торопилась. Но удостовериться не помешает.
– О чем с тобой говорила Джин? – спросила она, отдуваясь и вытирая со лба проступившую испарину.
– Когда?
– Во время перерыва. Она сказала мне, что должна поговорить с тобой по какому-то личному делу, а потом подошла к тебе… Она ведь не узнала про нас, нет?
– Нет, конечно. Не волнуйся!
– Тогда что это за личное дело? И кстати – она всегда называет тебя «Джеми»? – выпалила она.
– Да, почти всегда. Все мои старые друзья так меня зовут.
– Правда?
– Меня звали Джеми еще в детстве.
– Ага… – Кло наконец-то удалось перевести дух. «Все-таки я еще слишком плохо его знаю», – промелькнуло у нее в голове. – А хочешь, я тоже буду звать тебя Джеми или Джейми? – предложила она.
– Нет, мне больше нравится, когда ты зовешь меня Джеймс.
– Почему? – требовательно спросила Кло.
– Потому что так зовет меня Мэгги, – нехотя объяснил он.
– Поня-атно… – Кло с усталым вздохом опустилась на кровать, однако ее любопытство все еще не было утолено. Оно оказалось даже сильнее разочарования, которое вызвали в ней последние откровения Джеймса. А может, все дело было в «склонности к мазохизму», которую подметил в ней Роб.
– И все-таки, о чем вы говорили с Джин?
– Ты действительно хочешь знать?
– Я же только что спросила, разве нет?
– Джин хотела поговорить со мной о Мэгги.
Значит, я все-таки была права, подумала Кло. Или почти права.
– И что Джин сказала тебе о Мэгги?
По лицу Джеймса скользнуло страдальческое выражение. Можно было подумать – он не хочет говорить правду, потому что правда может причинить Кло сильную боль, и в то же время ему ясно, что любая ложь будет тут же разоблачена.
– Джин сказала, что, по ее мнению, в последнее время Мэгги глубоко несчастна.
– Та-ак… – протянула Кло. Я так и знала, подумала она про себя. Я поняла это по ее голосу, когда она звонила Джеймсу.
– Как ты думаешь, Мэгги о чем-то догадывается? – задала она следующий вопрос. – Может, она что-то знает о нас?
Он покачал головой.
– Скорее всего, нет. Джин ничего об этом не сказала.
– Тогда почему твоя жена несчастна? – Только бы это не было связано со мной, взмолилась Кло мысленно. Я не хотела причинять ей страдания. Все, что случилось… просто случилось. Само. А теперь, как и предсказывал Роб, я и сама крепко увязла.
– Видишь ли, Мэгги очень хочет второго ребенка, а я… я считаю, что с этим можно подождать. Джин в курсе наших разногласий. Один раз мы едва не поссорились из-за этого при ней.
– Ничего себе!.. – Кло даже растерялась. Сама она до сих пор не знала точно, что ей нужно от Джеймса; ей и в голову не приходило, что Мэгги тоже может от него чего-то хотеть… чего-то вполне вещественного, осязаемого, зримого.
– И когда в последний раз вы говорили об этом с Мэгги? Недавно?
– Не так уж недавно… – Он на секунду запнулся, припоминая. – Несколько недель назад, я думаю…
Ребенок, думала Кло. Еще один ребенок! Если Джеймс тоже хочет ребенка от Мэгги, пусть и не сейчас, тогда на что могу рассчитывать я? Кто я для него? Она пыталась вспоминать, анализировать, но получалось у нее плохо. Эта ссора с женой, о которой Джеймс только что упомянул, – когда она была? До того, как мы начали встречаться, или после? И если после, то не может ли это послужить ответом на вопрос «почему несчастна Мэгги»?
Но прежде чем она успела додумать свою мысль до конца, ее отвлек голос Джеймса, который что-то сказал.
– Что-что? Извини, я не расслышала, – переспросила Кло, готовясь услышать самое худшее.
– Я сказал, что вообще не хочу второго ребенка.
– А почему? – Волна облегчения прокатилась по всему ее телу.
– Я думаю, это должно быть очевидно, – негромко сказал Джеймс, опускаясь на кровать рядом с ней.
От этих слов у Кло сразу потеплело на душе, а он продолжал:
– Правда, если быть до конца откровенным, то кое-какие сомнения были у меня и до того, как я встретил тебя. Как ты знаешь, я обожаю Натана, но я не уверен, что мне хочется стать отцом еще раз.
– Правда?
Джеймс покачал головой, и Кло подумала, что этот разговор пролил свет на многое. Сегодня она узнала о Джеймсе даже больше, чем вчера вечером. Правда, сейчас у нее в крови не было ни алкоголя, ни кокаина, которые могли бы смягчить боль, поэтому смириться, принять услышанное было невероятно трудно. В приступе откровенности Джеймс рассказал ей о себе нечто такое, чего она никак не ожидала. Нет, Кло помнила, что даже первого ребенка – Натана – он не хотел (тогда все получилось случайно), но то, что Джеймс не хочет второго малыша, казалось ей странным.