Каким-то чудом разминулся.
Чудом оказался Урий, повисший на руке толстого и смазавший ему весь удар.
— Держу! — Крикнул он. Толстый напрягся и стряхнул Урия, как щенка. Но стряхнул он его дальше по улице, а я не стал выяснять отношения, а припустил бегом в ту же сторону. По пути сгреб за шкирку Урия и толкнул назад, легкий он.
За нами протопали башмаки.
Дальше, дальше, по улице, впереди мелькает платье Ирины и Пирожок постоянно оглядывается, дышит ртом.
— Хорош. — Вихор привалился к стене, продохнул, сплюнул тягучей слюной. — Вот порождение… Подожди.
Мне пробежка пока что трудностей не доставила, но дико болели разбитые пальцы. При внимательном изучении было установлено, что вреда нету, но ушиб сильный довольно, вся рука как перчаткой стала и протестующее отзывалась болью, когда я пытался ей активно шевелить.
— Я тебе жизнь спас. — Сказал Вихор. — Я толстого того знаю. Продал нас Дырка. Все ж таки продал. Не надо было ему золото показывать.
Я молчал, ждал.
Подошли Виктор и Ирина, на Ириной держался Пирожок.
— Он тебя тоже спас. — Виктор слышал наш разговор. — Если б не он, сейчас бы тебя уже на корабль тащили. Нет скажешь?
— Не скажу. — Сказал на то Вихор. — Прости, Серый. Я твой должник точно.
— Так и я твой. — Серьезно сказал я. Одного бы удара той дубинки мне точно хватило, не увернулся бы. Толстый реально псих, кто ж детей-то убивает?
Последнее вслух сказал.
— Ещё как убивают. — Сказала Ирина. — Почему-то городские больше ценятся чем…
— Не зови лиха. — Внятно предупредил её Виктор.
— Так, что встали? Девчонок поглядели, теперь обратно пора. — Заторопил всех я. Мне ещё завтра с сержантом надо будет заниматься, а потом ещё граф Слав обещал заняться моим образованием чуть ли не самолично. День насыщенный ожидается.
— Я с ним ещё посчитаюсь. — Сказал внятно Вихор. — Двоедырчатый будет. Одна дырка в заднице, а другая в брюхе. Слизень пупырчатый.
— Смотри, как бы он с тобой не посчитался. Да к тому же, что было-то? Скажет, что это мы сами на улице натолкнулись.
— Хватит уже тут стоять. — Сказала рассудительно очень Ирина. — Пошли домой давай…
— Точно, нечего тут торчать, пока кто ещё не словил.
Вихор затейливо выругался, помянув какие-то Порождения, нестандартные отношения между мужчинами и мамой Дырки. Дырка, как я понял, и был этот смуглый получерный сутенер.
Двинулись в обратный путь.
Около стены подсадили друг друга, перебрались через забор. Тихо, вдоль деревьев пошли к выходу…
И тут я увидел кое-что.
— Ложись! — Тихо, шепотом, и на землю рухнул.
— Ты чего? — Спросил меня Виктор.
— Во… Что там такое? — Протянул руку. На фоне ночного неба, чуть более светлого, чем стены, темнели несколько человеческих силуэтов. Стражники с копьями? Только почему их не бояться-то, подкупили, что ли?
— Да ты нашел чего бояться. — Сказала Ирина. — Бояться надо не мертвых, бояться надо живых. А эти уже давно померли. Видишь, стражу же убрали.
Так это… Вот твою мать. Это ж те, кого на колья посадили. Вот и пахнет мертвечиной…
— Твою мать.
Меня наградили ухмылками.
— Нашел чего бояться…
Подошли к двери, Ирина припрятанным ломиком открыла её. Вошли в коридор, запалили факел.
Дальше путь уже был проще.
— Заглядывай. — Сказала мне Ирина вдруг. — Не забывай, ладно?
— Да уж забудешь. — Я осторожно попробовал пошевелить пальцами и снова зашипел от боли. Сейчас вот что принцесса скажет-то? Уходил нормальный, пришел, мало того что дыра на локте от удара дубинкой, так ещё и весь в пыли, и пальцы в крови, разбиты.
— Как бы за нами теперь не пришли. Все слышали? Урий, Виктор? Осторожнее ходите. В город лучше особо не показываться.
— Да не мелкие понимаем. Ростик, слышал? — Сказал Вихор, потрепав за плечо притихшего что-то Пира.
— Ребят, я не понял. — Вдруг сказал Пирожок. — А что, теперь больше не пойдем? А мне брюнетка в золотом понравилась…
— Дурак ты, толстый! — Сказал я ему на это.
Принцесса уже спала, когда я вернулся. Кое-как раздевшись, пошел было душ искать, да какой уж тут душ? Это же не квартира, а королевские средневековые покои. Тут душ не положен, тут даже толчок-то отдельный и то не положен ещё лет триста.
Кое-как смыл кровь и промыл ранки водой. Слазил в шкаф, нашел что-то чистое, оторвал от него кусок, перемотал руку.