Потом плюнул, вышел снова и через пару минут уже постучался в покои мастера Клоту. Доктор там или не доктор? Пусть лечит.
— Ваше Высочество! — Приветствовал меня мастер Клоту. Спросонья он моргал глазами и никак не мог понят, где да что.
— Доброй ночи, мастер.
А неплохо очень мастер устроился. Кровать двуспальная, и с неё в одеяло кутается что-то такое, с пышной грудью и длинными русыми волосами. В углу жаровни, тепло. Шторы задернуты, но паж раздул факелы и добросил в жаровню уголька.
— Где вы так, Ваше Высочество? — Прямо на глазах лекарь просыпался, ощупывал меня изучающим взглядом. — От барона вы вернулись без ран… А что у вас с рукой другой, Ваше Высочество?
— Поранился, когда брился. — Буркнул я.
— На ночь глядя? Но, Ваше Высочество… Принцесса… Что с ней? Ей тоже нужна помощь?
Говоря, мастер Клоту достал откуда-то чистые тряпицы и стал распихивать по ним какую-то мятно пахнущую кашу, готовясь сделать мне повязку на руку.
— Мастер, вашу мать! Что делаете? — Я вовремя заметил его манипуляции.
— Ваше Высочество, это же целебные травы с…
— В задницу травы. Давай тряпки чище и воду чистую… Мне просто руку перемотать. А на плечо что-нить… — А в самом деле, что на плечо-то? — Да просто повязку, чтобы синяк в глаза не бросался.
Кое-как перевязал нормально. Посмотрел, что использовал в качестве бинта… Нет, нельзя по темноте шарить. Давно пора у нас нормальные фонари вводить, хотя бы лампу-керосинку, как на антресолях нашел. Руку мне перехватывал какой-то большой кружевной пояс с рюшечками, розовый, полупрозрачный, по-видимому, принцессы. Будь принц даже с неизвестной мне голубизной, он бы его точно носить не стал.
А у принцессы большой гардероб был. И часть его как раз хранилась за занавеской в покоях принца. В самый первый день перенесли.
Нда, теперь она на меня злая будет точно. Такую вещь испортил!
Глава 29
Значит нужные книги ты в детстве читал…
В. С. Высоцкий— Опс! — Сказал Вербицкий, складываясь пополам. — Ммммаааа…
Через миг я уже сидел у него на шее и держал захватом.
— Стоп! — Валерий Алексеевич быстро подошел к нам.
— Ну, говорил ж я тебе — Он обращался к Вербицкому. — Говорил ж тебе, не только с палкой своей тренируйся! Во, смотри, тебя кто сделал-то? А ведь он позже тебя начал… Молодец! Давай-ка теперь с Серегой… А ты посиди. Отдохни. Шею дай гляну…
Серега демонстративно размял руки.
— Подходи смело, новое тело!
— Иду, иду… — Я встряхнулся, начал подбираться к Сереге-большому сбоку.
Тот чуть повернулся, вяло махнул левой рукой, и правой пробил меня в грудину. Я в последний момент повернулся боком, выводя себя из-под удара, и оказываясь у него за спиной. Теперь вот лоу получи-ка… Я давно тренировал, должно нормально!
Но бить по толстой ляжке Сереги, которая в обхвате больше, чем у меня пояс, бесполезно, нога как по груше дала, назад отлетела, а через миг Серега отмахнулся сам, попадая мне по уху. Слабо попал, я даже не почувствовал. Шлем смягчил удар, да и бил Серега не в полную силу.
Ещё раз замерли друг напротив друга.
Я пошел вперед, работая двойкой. Серега сначала не стал особо закрываться, но вдруг получил два удара в грудь, и успел сунуть голову вниз от удара в ухо, потом ещё раз получил лоу по бедру.
Я сменил ногу, попытался из-под него выбить заднюю ногу, не получилось, ещё раз сменил ногу, и выбросил боковой удар, метя в пояс. Быстрый должен получаться… Да где там, ногу мою Серега поймал, повернувшись к ней грудью, так что удар пришелся сильно вскользь, а меня уронил на маты подсечкой под опорную ногу.
Бам-ц!
— Ого. — Сказал Петр Сергеевич. — А ты, однако, делаешь успехи. Александр, почему же не делаете их Вы? Теперь Сереги у нас в паре будут…
Серега улыбнулся, подавая мне руку, помогая вставать.
— Здравствуй, тело молодое, незнакомое!
— Ох-хо-хо-хо-ох… — Ответил на это я.
— Ну и ты тож молодец. Зачем бил в пояс? — Накинулся на меня Петр Сергеевич. — Сколько ж раз говорить, ноги к голове не тянуть! Даже на двух ногах человек существо неустойчивое, а уж на одной-то… Ногами работаешь только когда полностью уверен, что пройдет!
— Так и был уверен…
— Угу. А Серега вот был уверен, что поймает. И он поймал. В обычных условиях ты уже выведен из строя и ходишь потом как утка, переваливаясь. Если вообще потом ходишь. Сколько раз говорить, руками работай… Марш к груше, связку отрабатывать!
— Точно-точно! — Поддержал Серега-большой. — Знаешь, кого боится Брюс Ли? Человека, который отрабатывает один и тот же удар десять тысяч раз[36]. Слабо дать по груше сегодня десять тысяч раз?