Не, чай пить приятнее с девушками…
Руки к корпусу и пошел вперед, ловя момент.
Как учил сержант? Наука-то похожая, и в том, и в этом мире физиология у человеков одинаковая. Следовательно, решения по причинению вреда друг другу тоже одинаковые, со спецификой распространенного в обществе оружия. У нас в реальности огнестрел, у нас во сне мечи да топоры. У них рукопашный слабее все же, как мне кажется. У нас народу безоружного больше, и потому учатся все с чем под руку придется. Вот недавно даже объявление у метро увидел, бой при использовании подручных предметов, десять занятий триста долларов…
Два с левой, один с правой, ногой махнуть в колено, на блок нацеливаясь, сократить дистанцию и руки гендиру на шею, обе сразу, давить вниз… Ну, не получилось, меня откинули назад, но в процессе я успел неплохо на генерального насесть.
Прошло на рывок, второй раз не получится.
На этот раз генеральный взялся за меня всерьез, и к концу тренировки я просто лежал на матах в позе морской звезды и очень хотел жить.
Рядом со мной, голова к голове, лежал Мишка и Костик, которого таки загонял Серега-большой.
— Хорошо покрутились. — Выдал вердикт Серега-большой. — Эй, ребят. Все живы?
— Ох-хо-хо-хо… — Сказал Михаил, который в этот раз получил неслабые такие синяки на боках. — Что я скажу своей девушке?
— Что ты герой! — Авторитетно заявил Серега. — Мих, вот сколько замечал — чем больше синяков, тем сильнее тебя любят. Вот у меня всего три за сегодня, а у тебя? По идее, тебя сегодня будут любить в пять раз сильнее…
— Ну что разлеглись? — Валерий Алексеевич вышел из кабинета, поглядел на нас. — В душ давайте по очереди, пока воду не отрубили… Холодную…
— А что, горячей нету? — Спросил Костик. — Замерзну ж.
— Закаляйся… Если хочешь быть здоров… — Пропел Серега-большой. — Закаляйся… Если хочешь быть большой! Закаляйся! Позабудь про докторов! Пошли, Костя, сегодня мы с тобой моржи!
После тренировки мы переодевались прямо в спортзале. Михаил первым переоделся и свалил, у метро его ждала та самая "Анастасия и только так". Чувствуется, что закрутились у них серьезные отношения.
Зашли в кабинет, чтобы попрощаться. Петр Сергеевич часто задерживался и после работы, должность у него такая. Тем более столько документов оформить надо. Так что его лучше не ждать, да и не по чину нам. У нас чин маленький, на котором ещё замечательно работает правило "подальше от начальства и поближе к кухне".
Вошли, генеральный писал какую-то бумагу, его зам сидел в кресле под окном и смотрел на экран компьютера. Я отдал ключи от душевой, Серега и Костик протянули руки, прощаясь.
— Ребят, задержитесь. — Сказал вдруг Петр Сергеевич, очень серьезно так сказал, не поднимая глаз. Он так умеет.
— Мы с Костиком переглянулись, и сели на места, какие подвернулись. Серега пожал плечами, тоже присел на жалобно скрипнувший под его весом стул для посетителей.
— Дело есть. — Петр Сергеевич огладил зачем-то стол. Посмотрел на руки на свои, вздохнул. — Кто откажется, неволить не буду… Помощи прошу. Как друзей.
Валерий Алексеевич смотрел в экран компьютера и молчал.
— Ого. — Сказал Костик. — Это уже интереснее. Рассказывайте, Петр Сергеевич.
Петр Сергеевич кивнул на зама. Тот оторвался от компа, скрестил пальцы, посмотрел нам по очереди в глаза.
— Короче. Надо накрыть притон.
— Что за место? — Спросил Костик. Серега помолчал, но глядел тоже внимательно.
— Есть квартира. — Начал рассказывать Валерий Алексеевич. — В ней варят дурь. И продают по району. Надо это прекратить.
— Вообще-то, есть милиция. — Осторожно сказал Костик.
— Милиция будет с нами. — Охотно сказал Валерий Алексеевич. — Двое. Мои старые знакомые, надежные люди. Обеспечат прикрытие хлопушками.
— Че-ем?
— Документами.
— О.
— А что участковый-то говорит? — Продолжал настаивать Костик. — Может, умнее будет сначала сдать их участковому, а когда они его по голове лупить будут, то вмешаться? Типа возмущенная общественность помогла.
Валерий Алексеевич головой покивал, но не сказал ничего. Вместо него сказал генеральный.
— А что участковый? Не бе-еспокойте по-напра-асну… — Передразнил кого-то Петр Сергеевич. — Ребят, в случае чего в обиду никого не дадим. Вы меня знаете. Слово даю.
— Понятно.
— Так. — Хлопнул ладонью по столу Валерий Алексеевич. — Кто идет? Костя?
— Да.
— Серег?
— Да, а что разговаривать-то? — Пожал плечами Серега.
— Я тоже пойду. — Неожиданно как-то, даже для себя самого, сказал я.