Ждан подошел, покачал клык. Ого. Здоровенный, клык длиной в палец. Да не мой палец, а Ждана. И сам волчина здоровенный, так, лежа, он мне по пояс. Вера на его фоне смотрится как маленький ребенок.
— На нас выскочил. — Барон Нават ещё раз выругался. — На нас прямо, а эти… Их пропустили… — Он оглянулся на цепь охотников. Там как раз начали понимать, что один-то волк от них ушел, стали оглядываться кругом, ругаться. Генерал Ипоку надулся ещё больше, и глядел прямо на лес, над которым кружились запоздалые куропатки.
— Ваше Высочество! — Взвыл белугой лейтенант Лург. — Королева прикажет меня казнить… Вернемся в лагерь!
— Да брось ты. — Успокоил его я. — Твоя-то вина в чем? Если б он ко мне бежал, а так мимо же. Вот если б ко мне побежал, так твои воины… — Я поглядел на похмельную бородатую морду ближайшего ко мне воина, — Быстро б их успокоили.
Краем глаза я поймал презрительные взгляды Виктора и Волина, адресованные лейтенанту.
— О, барон, твоя стрела? Гляди-ка! — Лонвил поднял хвост волка. В самой его середине торчала стрела. Хвост пробила насквозь, и запуталась в нем красным оперением. — Нет, точно твоя, знаю-знаю, ты так стрелы ещё в позапрошлую зиму красил! Значит, хвост теперь твой! А клыки твоей девчонки! Продай мне её, а?
— Ид-ди ты к Порождениям! — Ласково ответил барон Нават.
Виконт Лонвил нисколько не обиделся, даже улыбнулся.
— Ваше сиятельство. — Сказал слуга. Тот самый, который с копьем. — Ваше сиятельство, вепри!
— Ох, беда! — Сказал барон Нават. От поля боя он не отрывался, очень внимательно следил. Я проследил его взгляд. Стадо диких свиней, коричневых и мощных, вырвалось из лесу и рвануло на прорыв, дворяне-охотники оживились, быстро вскочили в седла и устроили большую свалку за право наколоть копьем очередного кабанчика. Получалось это у них здорово, стадо кончилось в пару минут. Генерал Ипоку, надувая морду, лично воткнул копье в самого большого кабана. Ох, и быстро он это сделал, я даже не уловил момент, когда здоровенный щетинистый зверь ткнулся мордой в траву, а сам генерал красиво осадил коня.
Из лесу появилась цепь загонщиков. Крестьяне шли с палкам и изо всех сил колотили ими по стволам деревьев, били в барабаны и крутили какие-то трещотки. Кто-то дудел в грубые рога.
За ними редкой цепью шли вооруженные гвардейцы.
— Конец охоте. — Сказал барон Нават, снимая тетиву с лука.
Слуги барона Навата подступили к заваленному волку с длинными кривыми ножами, воткнули их под шкуру. На поляне по полю забегали лакеи, запылали костры и стали воздвигаться странные рамные конструкции из жердей. На них перекидывали веревки, а на веревках поднимали туши кабанов. Волков стаскивали в сторону, чтобы не мешали.
Пир как начался с обеда, так и продолжался до самой поздней ночи. Празднество быстро набирало обороты. Костры в небо, шкворчит мясо, какие-то в дупель пьяные — и когда только успели-то? — дворяне шатаются по лагерю, размахивая отрезанными волчьими хвостами и даже целыми головами волков на копьях. Где-то огородили большое пространство веревками на вбитых в землю копьях. Палатки, покосившиеся, подправили. Слуг стало раза в три больше, сновали туда-сюда, из города протянулась небольшая процессия.
Всадники, пара в кольчугах и при хорошем оружии, остальные и одеты попроще, и клинки на виду не держат. Впереди расфуфыренный не хуже генерала Ипоку тип, такой же надутый и не пойми какой. Вместо кольчуги доспехи, начищенные и надраенные, красный плащ за спиной развевается, подобно крыльям птицы.
Чем-то они привлекли моё внимание.
— Барон Мор. — Сказал барон Нават. — Это один из доверенных людей графа Урия, Ваше Высочество. Остальные тоже его.
— Вот этот, на коне? — Удивился я. Как-то не вязался образ доверенного лица графа Урия с вот этим надутым пижоном.
— Да нет, который второй.
Ого. Неприметный такой мужичок, среднего роста и вооружен тоже средне. Да и держится довольно неприметно…
— А чем он занимается, барон?
— Да разными делами… — Протянул барон Нават.
— Вещами, которые недостойны дворянина. — Сказал Виктор.
Ждан, который был рядом, только поморщился.
— Что ему тут надо-то?
— Да откуда мне знать? — Удивился барон Нават. — Я его видел разве что пару раз. А так… Это человек графа Урия, а не моего достопочтенного дядюшки.