Красивые стихи. Что-то о море, о далеких островах… О предках даже.
Молчу, томлюсь, и отступают стены. И океан, он в клочьях белой пены Закатным солнцем залитый гранит… И город с золотыми куполами С цветущими жасминными садами. Мы дрались там… Ах да, я был убит![9]Я украдкой выглянул из окна. Гранитные набережные, или нет? Отсюда не видно, а подзорной трубы у меня нету ещё.
— Ваше Высочество, вы отвлекаетесь! — Посетовал осторожно барон Лото.
— Мои извинения, уважаемый! — Ответил я. — Скажите, важно ли знать все знаки? И сколько их всего?
— Три раза по десять, Ваше Высочество. Знаки важны для понимания письма… Ибо они издревле означают отношение пишущего. Не может же человек, который читает Ваше письмо, знать, в каком настроении писали Вы его? И для того придумали знаки… Три раза по десять знаков достаточно, чтобы описать любое состояние души, Ваше Высочество. Но обычно используют не более трех. Также вы можете использовать знаки у Вас на облачении, когда выходите на бал или на королевский прием…
Ещё раз глянув на замысловатые иероглифы, я вспомнил, что что-то такое носили на себе придворные. В виде кованых золотых безделушек… Я-то думал, что это просто украшения. А эвон как оно оказалось!
Книгопечатание тут было известно. В том же Королевском университете. Сначала книгу вырезали на большой деревянной пластине, потом мазали её чернилами из настоящего кальмара, а потом уже шлеп на лист бумаги, и готово! Никаких перьев из морской чайки или степного фазана не надо, и переписчиков тоже не надо. Книгам украшали обложку, особенно ценилась шкура степного буйвола, серая и прочная. Ножом процарапать не всегда получалась. На некоторые книги шли и даже золотом отделывали, тонкими золотыми полосками по краям.
Но оттисков не хватало надолго, деревяшка быстро портилась, а из металла тут ещё не додумались.
И потому книг как таковых было очень мало, в основном свитки разнообразные, которые использовали для писем, королевских и иных указов, для всяких прочих вещей, которые требовалось непременно записывать. Те же указы королевские спокон веков писались на свитках, и не нам нарушать традиции…
Конечно же, писать на свитках предполагалось каллиграфическим почерком. Старательно выводя все завитушки и следя, чтобы толщина линий никоим образом не вышла за границы означенного диапазона.
Ну а уж набор для письма… Так у меня инструментов для чистки оружия меньше в разы. Палочки, перья птичьи, ножички для их зачистки, чернила из настоящего кальмара… Когда я попытался заикнуться о необходимости перьев, мне была прочтена небольшая такая лекция о сравнительных достоинствах перьев морских чаек и степных фазанов. Местные специалисты от каллиграфии так и не решили, что именно лучше, и потому предпочитали иметь в коллекции обе разновидности. Ну и чернила, конечно же… Соединенное Королевство было известным поставщиком чернил на рынки всего мира. Кальмаров-то ловили не так далеко от его берегов…
И вот сейчас я, проклиная свою назойливость, сидел и выводил маховым пером настоящего морского фазана, или там степной чайки, кто их разберет, иродов, очередную каллиграфическую вязь.
"Ибо есть велик король Лото Второй дабы вывел он слово как дело…" И все это дрожащими после тренировки с сержантом руками, чернилами из настоящего кальмара, которые так легко пачкались… К концу занятия у меня под ногами скапливалось десятка три свитков, которые потом уверенно сжигали в одной из жаровен. Дым от них шел ароматный.
Читать научиться было значительно проще. На третьем занятии я уже уверенно разбирал буквы, по утрам в реальном мире раскалывалась голова, недовольная таким впихиванием в себя информации. Но таки срабатывало…
Королева меня пока что не трогала. Проводила какие-то там приемы и даже один раз дала бал, на котором пришлось поучаствовать. Придворные под светлым ликом королевы кружились в парах, сходились и расходились. Я глядел со скучающим лицом, пара рыжих, сыновья графини Нака, исподтишка швыряли в танцующих косточки от вишен. Танцующие багровели, но ничего поделать не смели.
Тут-то и случился небольшой случай, который заставил меня посмотреть на уроки географии более пристально. А то я и про королевство-то ничего не знаю, что тут да как…
Сначала бу-умнуло било.
— Ваше Величество! Вести с границы!