— Не получается? — мягко спросил Лиргисо. — И не получится. Больше у тебя ничего не получится, великолепная Тина. Увы, я и сам знаю, что я сволочь, но с сегодняшнего дня я буду держать тебя на… м-м, стоит ли сообщать тебе название? Пусть это останется тайной. Первую дозу ты получила сегодня утром.
— Ты вколол мне какую-то дрянь?
— Это секретная разработка ниарского правительства. — Его сочувствующая улыбка выглядела искренней. — Препарат, блокирующий экстрасенсорные способности. Эффективный, как ты смогла убедиться, безвредный и до безумия дорогой. Того, что я раздобыл, нам хватит на год. Достаточно делать по одной инъекции с интервалом в тридцать дней — и на сверхъестественном можно поставить крест, как выражаются люди. Не знаю, можно ли с помощью этого препарата обезвредить Стива… Подозреваю, что нет, но для тебя — в самый раз.
— Эта отрава влияет на работу мозга? — Тина судорожно сжала в кулак пальцы, все еще слабые, малочувствительные.
— Это самый щадящий препарат, если сравнивать с аналогами. Никаких вредных последствий, я специально консультировался. Я не хочу, чтобы ты утратила остроту ума или чувство юмора. — Он наклонился вперед и погладил ее колено. — Тина, это временная мера. После того как Стив уйдет к себе домой, а я наберу достаточную силу, я перестану делать тебе инъекции. Или если ты надумаешь перейти на мою сторону — тоже вариант, самый для меня желательный…
Она столкнула с колена его руку с кроваво-алыми ногтями.
— Ты мне нужен, как Флассу пивной автомат. А если тебе самому такую дрянь вколоть?
— Постараюсь, чтобы со мной этого не случилось. — Улыбка, скользнувшая по его серебристо-серым губам, показалась Тине натянутой. — Не понимаю, что тебя так расстроило! Я забрал у тебя то, в чем ты не очень-то и нуждалась. Другое дело, если бы ты, как я, с детства грезила могуществом… Хочешь получить одну разгадку?
Тина вопросительно взглянула на него.
— Ты рассказала, что предчувствие угрожающей тебе опасности впервые возникло у Стива, когда мы втроем посетили цветочный дом в Кеодосе. Ты была со Стивом, а я развлекался с двумя девушками. Одна из них была похожа на тебя, я еще покусал ее… и после подумал: если переместить тебя в обыкновенное человеческое тело, я смогу делать с тобой все, что захочу, — как с этой девушкой. Вначале идея показалась мне забавной и несерьезной, а потом я решил: почему бы и нет? — Он улыбнулся углом рта, отчего на щеке обозначились резкие насмешливые складки, достал из кармана пульт, набрал какую-то команду. — Тина, я вытянул из тебя все, что относилось к методикам Стива, но один вопрос задать так и не рискнул. Несколько раз собирался и не посмел…
Подъехал сверкающий черным лаком робот-официант. Лиргисо взял с откидного столика рюмку в виде крохотного серебряного черепа, другую подал Тине. Коньяк.
— Я это не пью. Что-нибудь полегче есть?
У нее сейчас нет фильтров, нейтрализующих воздействие алкоголя, а напиться в компании Лиргисо — это последнее, что ей хотелось бы сделать.
На столике появился серебряный бокал в виде вставшей на хвост морской твари с разинутой пастью. Игнорируя вызывающую форму посудины, Тина взяла, пригубила. Десертное вино. Вроде бы неплохое. Она не разбиралась в спиртном, но Лиргисо наверняка разбирается.
— Знаешь, о чем я не спросил?
Грустная усмешка, непохожая на его обычные гримасы. Тину заинтриговал не столько вопрос, сколько это выражение, нетипичное для Лиргисо.
— О чем?
— О том, как ты на самом деле ко мне относишься. Человек, которому ввели мезген, не может что-то утаить или солгать. Ты сказала, что я тебе нужен, как Флассу пивной автомат, — но откуда я знаю, что это не блеф? Я ведь и сам не раз играл в такие игры. А вот если бы ты сказала то же самое под мезгеном… Узнать, что ты не испытываешь ко мне ничего, кроме заурядной неприязни, — это было бы слишком больно.
Он залпом выпил коньяк из одной рюмки, потом из другой.
— Предпочитаешь баловаться иллюзиями?
— Предпочитаю не убивать надежду. Пусть живет. Тина, мы с тобой летим на Савайбу. Завтра. — На лицо Лиргисо вернулось обычное для него выражение иронии. — Сможешь оценить все прелести своего нового положения. Савайба закрыта для киборгов, а ты там побываешь.
Сотканный из разноцветных блесток лозунг: «Протестуй против “Рипарола” на Савайбе!» На одной из кеодосских площадей раздавали в толпе шарики, те лопались — и в воздухе мерцали эти призывы, чтобы через несколько секунд осесть на тротуар переливающейся пылью. Тина тогда все еще была тергаронским киборгом, рядом с ней были Стив и Поль. Боль в сердце, словно в тело всадили и начали медленно проворачивать нож, — физически неощутимая, но до чего острая… Не сейчас. Не в присутствии Лиргисо.