Глава 65
Медвежонок звался ты Вырос вышел в люди зверь Мельница Опоздал я всего на несколько минут . Поместье сержанта уже догорало. Рассеивающуюся воронку дыма я заметил сразу же за поворотом, и дико выругался по-русски. Даже сам не представлял, что так умею. На меня покосились, отодвинулись подальше. Ехал-то я в карете, на лошади не рискнул. Свалился б. И по бокам от меня вольные стрелки, которые тоже на лошади ездить не умели. Подснежник вот вообще коней боялся почему-то. Виктор впереди, рядом с ним Клавдий. Ещё десятка три аристократов, оружных, при конях, со мной. Всех, кого успели собрать. Коротыш, Подснежник и ещё тройка безымянных вольных стрелков из “гвардии” лесного барона, кто на лошадях умел. Дорога-то не близкая. Остальные должны двинутся за нами. Грошев тоже моментом выделил десятку ветеранов, кто на лошадях умел ездить. На предложение Виктора не лезть туда самому, а послать людей, я только хмуро на него поглядел. Виктор мне перечить не решился. Не набрался он пока что наглости, но это придет, придет. Как пооботрется, пообвыкнет, так сразу и начнет. Кажется, записал он себя в мои верные телохранители... -Так, сразу вперед не лезть. -Я погладил холодный корпус “Чезетты”. Ну, проверим тебя наконец-то, не бойся! -Виктор! Ви-иктор! Где арбалеты? Я видел, вы с собой взяли. Раздай арбалеты всем, кто стрелять может. У графа рыцари есть в свите наверняка... -Да, Ваше Величество! Пяток арбалетов, выделанных мастером Виктором, расхватали быстро. Один взял себе Подснежник, любовно погладил ложе, пересчитал болты, шевеля губами. Понравился ему арбалет, видно. Наверное, прикинул, сколько народу из него нашинковать можно. -Ваше Величество! -Сказал почему-то мастер Клоту. -Прошу двух помощников... Если будут раненые, то им надо помочь... -Серей, Подснежник, в распоряжении мастера! -Не глядя бросил я. Возражений не последовало, приказы тут не обсуждали. Рыцари рванулись вперед, Виктор и Клавдий. Остальные за ними, карета повернула за угол, открылся вид на дом сержанта. Так. Ворота не снесены, но нараспашку. Внутри какое-то шевеление, из-за забора валит дым, гудит пламя. Около ворот, запрокинув голову, пьет из большого кувшина здоровенный рыцарь в доспехах. Шлема на нем нету, ходит ходуном острый кадык под щетинистой, серой кожей. По шее и по груди текут рубиновые струйки. Нагрудник грязный и мокрый. Неужто рыцарь Алор? Да нет, тот иначе выглядит... Шмяк! Это Виктор. Рубит прямо с седла, отлично, голова рыцаря катиться по мощеной камнями мостовой, а конь Виктора злобно храпит. Чует кровь. Ну и чудище ж! А у Клавдия коняга такая же, разве что ещё позлобнее будет. Рыцарские кони... Хотя вот даже у рыцарей графа Дюка коняшки поменьше будут, кажется... Из ворот выглядывает ещё один воин, в кольчуге и с топором, видит нас, его лицо вытягивается, пытается шарахнутся назад. Этого топчет конем Клавдий. Виктор и Клавдий спешиваются, мечи наголо. Что это они, с коня же удобнее? Нет, не получится, им во двор надо, а там кони могут не пройти. Умные кони отходят к стенам дома и спокойно стоят там, разве что косятся на людей. Бричка останавливается прямо перед воротами. Так, а во дворе какое-то шевеление. Кто-то там уже готовится к труду и обороне, кто-то уже почти готов, слышатся резкие отрывистые команды. Если сейчас внутри начнется тревога, они или повалят наружу, или запрутся в доме. Если запрутся в доме, то выковырнуть их оттуда будет ой как непросто! У графа Дюка, несмотря на все его поганые минусы, в команду свою он абы кого не брал. Опытные бойцы, оказавшись в углу, будут сражаться до последнего, как крысы. -Быстро, арбалеты! -Успел сказать я. -Не разбиваться на пары, стрелять залпом по моей команде! Подснежник кивнул, с усилием протянул рычаг, вложил болт. То же самое сделал и Коротыш. Вера, державшаяся на лошади справа, нахмурилась. -Ваше Высочество, что делать мне? -Спросила она очень вежливо. -Я очень хорошо стреляю из лука. -Выбивай их лучников, сама держись позади, в бой не лезь. -Ответил я. Сколько с собой может взять граф? Он всегда с пышной свитой передвигается, у него так заведено. Жаль, как же жаль, что я никогда не интересовался, а кто же там есть? Опытные, говорят, рубаки, да и ладно, будем знать! С десяток рыцарей должно быть точно, в этом мире все на десятки меряется. Десять стражников, десять легионеров, десять рыцарей, десять телохранителей у меня и десять золотых... Значит, с десять рыцарей, при них слуги, тоже оружные, ещё лакеи и узбеки... Последние не в счет, они не воины, они сразу разбегутся. -Во двор! В переговоры не вступать! Занять двор быстрее! Ага, быстрее. Нашел кто командовать! Выглядит-то все логично, пока внутри не успели опомниться и устроиться в оборону, но в теории то, а что будет на практике? А на практике прямо за воротами выстроились раз, два... Семеро рыцарей в полных доспехах. Пятеро с мечами, двое с топорами. Я таких топоров не видел еще, здоровенные, черены окованы железом, а лезвие как клюв фламинго, хищно загнутое вниз. Держат чуть на отлете, прикрываются большим щитом. Забрало в шлеме в виде креста, под ним металлическая сетка. Доспехи полные, я тут ещё никогда такие не видел, все кольчугами больше стараются... Под их ногами трупы. Блин, это же слуги, трупы слуг вот тут, двое лакеев барона, порубленных. У одного головы вообще нету. На колу торчит, над стеной. Так, и это все? У графа Дюка народу уж явно больше было, а я пока что только восемь человек видел. Один в минус, семь на глазах. Нет, так не бывает. К тому же, ещё какие-то наемники около него крутились... Кто-то рванулся вперед прямо на конях, лошади легко перескочили обломки ворот, а вот дальше все застопорилось. Когда ворота выбивали, то по двору рассыпали обломки досок, ещё какие-то бревна. Кони отказывались идти туда, вставали на дыбы. Топоры работали просто загляденье, как механизм какой, шмяк, нету у коняги ноги, всадник кувырком, шмяк, нету всадника, а этот, с топором который, новую жертву ищет. Топорная работа. Кровь щедро лилась на белый песок. Первые потери, сразу трое вместе с лошадьми. -Назад, назад! -Надрывался Виктор. Сработало, народ стал оттягиваться к воротам, спешиваться. Так, а что я молчу-то? Вот, Подснежник на меня косится, уже в кого-то прицелился, но пока что не стреляет. -Кто с рохнийскими луками! Внимание! И... Приготовиться! Народ приготовился, арбалеты уставились жалами болтов в рыцарей. Надо бы разобрать цели, да поздно, и арбалетов у нас на два меньше, чем рыцарей этих. Пусть стреляют как могут. -И... ОГОНЬ! -Заорал я. Люди стали оглядываться. Блин, какой ещё огонь? -Стреляй! Порождения побери! Шпонг! Шпонг! Шпонг! Шпонг! Прозвучало не враз, стрелки-то пока ещё прицелились, пока разобрались, как же выстрелить и как курок спустить... Но арбалеты метнули короткие, невиданные ещё в этом мире болты. Стрелки целили по забралам шлемов, хотя и по доспехам тоже могли. Бимц! Крайний рыцарь свалился на спину, ещё один в центре покачнулся и отступил назад, наплечник у него глубоко прогнулся под ударом стрелы. Остальные мимо, на таком расстоянии промахнуться мудрено, однако ж промахнулись! Но строй рыцарей дрогнул, они стали синхронно пятится к дому. Одобрительный ропот моих людей, Подснежник принялся тянуть рычаг, уперев арбалет прикладом в пол кареты. Второй болт у него наготове. Счас всех их просто издали перестреляем, да и все. Следующие-то уже не промахнутся... Тело кучера передо мной осело назад, в глазнице торчала короткая рукоять метательного ножа. -Тут наемники! -Крикнул кто-то. Виктор оказался рядом, заслонил меня собой, прижал, потянул вниз. Загудели стрелы, задрожали борта брички от частых ударов. Вот и свита нашлась. Дальше по улице валили воины. Копья, щиты, кольчуги. Все серьезные и упертые дядьки, правда, кажись, чуть пьяные. То ли богатые наемники, то ли рыцари, не понять никак. Строя они не держали, а просто тупо напирали, прикрываясь щитами и грозя копьями и мечами. Спешившиеся дворяне повалили им навстречу, загромыхало оружие. Ну кто придумал, что мечи звенят? Ну да, как же. Это в кино “шпаги свист как звон бокала”, а тут скорее грохот с металлическим уклоном. Как будто кувалдой ломают металлолом. Не звон, а грохот такой металлический, когда мечи сталкиваются, когда удар попадает в щит, или когда прорубает кольчугу. И ещё все это приправлено криками людей, стонами, хрустом разрубаемой плоти... Твою мать, в клещи ж берут! Вера накинула на лук тетиву, то же сделал Коротыш, отложив в сторону разряженный арбалет. И когда успел-то? О, вот один рыцарь с топором минус! Коротыш залепил ему в плечо, когда тот размахивал своим оружием, латы разошлись, и получи-ка подарочек! Первые стрелы свистнули вверх. Вера стреляла с оттяжкой, опустошая колчан с просто мультипликационной скоростью. Я так только в мультфильмах видел, в кино так не показывают. -Мастер! -Серей стащил ошеломленно замершего мастера Клоту с кареты, затолкал меж колес, прикрыл своим телом. И вдруг отступил назад, ощупывая внезапно выросшую у него из плеча длинную стрелу. Коротыш бережно принял от Подснежника зажженную гранату, со всей силы метнул в наступавших на нас бойцов, осенил себя святым кругом. Попал, конечно, бомба всегда в эпицентр попадает. Грохнул взрыв, вспух клуб большого серого дыма. Раздались дикие крики раненых, не понимающие, что же с ними сотворил дым и грохот. Вторая граната полетела туда же, оставляя в полете спиральный след дыма от сгорающего фитиля, канула в толпу врагов, и ничего. Не сработала. Третья... Не успел, Коротыш, охнул, свалился со стрелой в теле. Куда он упал, я не заметил, все завертелось в темпе вальса. Вера оказалась рядом со мной, быстро выстрелила три раза через головы нападавших, лук басовито гудел, выпуская длинные оперенные стрелы. Мышцы на руках девушки напряглись, заиграли силой, она вся вытянулась, слилась в единое целое с тетивой своего лука. Под грубой курткой рельефно прорисовалась спина, я и не знал, что на спине столько мускулов бывает! Ещё три стрелы, колчан на попе почти пуст. Вера тянется за стрелой, оглядывается, лицо её кривиться досадной гримасой. По улице завязался бой. Жесткая сеча, обе стороны рубили друг друга с диким энтузиазмом. Понять, что там происходит, на краю столкновения, было невозможно. Все от меня закрыли людские спины. Наступающие захлебнулись в атаке, дворяне оказались для них -За принца! -Крикнул кто-то. -За короля Седдика! -Это уже много громче, решительнее. -За короля! -Закричал Клавдий, прикрываясь щитом и бросаясь сразу на двух рыцарей графа Дюка. Те опешили, Клавдий успел куда-то хорошо ткнуть мечом. Рыцарь толкнул его щитом и отмахнулся топором, Клавдий едва успел ловко увернуться. Самое время вмешаться, нет? Наблюдателем-то сидеть удобно! Я потянулся за пистолетом, но не успел, Виктор рванул меня с повозки, несколько рук уперлись в её борт, хекнули, разогнали и вдарили в жидкую цепь рыцарей, которые защищали ворота дома барона Седдика. Дальше я уже ничего не видел, влетел внутрь вместе со всеми, ушибся плечом в чью-то кольчужную спину, некоторое время бестолково толкался, упираясь то в одоспешнные спины впереди, то в такие же доспехи сзади, а потом брони передо мной тяжко лязгнули, расступаясь. Спины Виктора и Клавдия мелькнули впереди, равномерно поднимались-опускались их руки. Выпал Виктор, потом Клавдий выгнул спину назад и отступил. Справа от меня грохнул арбалет, противник упал, роняя куски раскрошившегося шлема. Вера швырнула разряженное оружие вперед, в лицо рыцарю с топором, выхватила длинный изогнутый кинжал и стала отступать назад. Я не заметил, как сам принял первый удар, и откуда в моих руках оказался меч. Про пистолет даже забыл. Вдруг возникла щербатая рожа, в обрамлении шлема, в лицо мне выдохнули пивным перегаром. Меч опускался сверху, я подставил свой тесак, как учил сержант, отступил на шаг, и насадил на острие клинка бородатого наемника. Он сам себя насадил, даже кольчуга не помогла, со звоном разошлась кольца, пропуская клинок. Наемник дыхнул пивком в последний раз, повалился на меня, рукоять начало вырывать из моих ладоней, но я успел, дернул её со всей силы обратно, едва не вывихнув руку, пропустил тело падать дальше. Второй наемник как раз пытается замахнуться мечом. Да сколько ж вас тут, гадов, а? Меня даже досада взяла. Лезете тут, размахиваете острыми железками... Бежали б, я б вас и не преследовал, а вы тут встали как кость в заднице! Шаг вбок, сейчас надо скользнуть лезвием к его гарде, а потом чуть изменить угол руки, и этот тип получит в горло! Да как же, разбежался! Не получилось, глаза наемника сузились и блеснули нехорошо, тот сделал шаг вбок от меня, поворачиваясь, я едва не потерял равновесие, а нажим на мой меч усилился, и теперь я едва мог удержать. А вторая его рука где? К поясу тянется! “Сейчас будет кинжал в бок” Понял я. Но что-то сделать уже не успевал, даже пистолет не достать, никак... Силенок маловато, несмотря на все тренировки, меня просто сминают, даже в связку не выйти, опять же силы не хватает и места... Оп! Наемник вдруг куда-то исчез, а на его месте возникла спина Виктора. Я перевел дух, руки дрожали. Да на фиг меч этот уже, ствол пора доставать, убьют же! Наших уже почти всех перебили! Виктор отмахнулся от кого-то мечом, обернулся ко мне. -Ваше Величество, не выходите за... Свалился, сзади его под ногу подловили длинной жердью, над ним ещё одна наемничья рожа. В двух руках поднял прямой меч, направил вниз, и лишился локтя от моего удара. Не выставляй! И кольчугу носи длинную! Сержант хорошо научил, хорошо! Но вот он не научил тому, что будет дальше! Одно дело синяк на руке, а другое дело это диагональный срез, красное мясо и серый обрезок кости, тугая струя крови всплеснула на разворошенную нашими ногами дорожку. От барона, противника Виктора, поменьше как бы было, да и там не я то сотворил, а тут почему-то не получалось сохранить должную отстраненность. Во рту я ощутил противный кислый вкус завтрака, резко сплюнул. В это время позади меня грохнул взрыв. Рефлекторно я бросился на землю, меч в сторону, прикрыл голову руками, глотнув пыли. Вскочив, я обернулся. Вдоль по улице улепетывала толпа, на мостовой оружие – мечи, копья, щиты. Что это они так? Вроде бы пока неплохо стояли, даже Коротыша подстрелили, осознав, что опасность исходит от человека, который бросает непонятные дымящиеся предметы. Нервы не выдержали? Да нет, взрыв был какой-то сильный. Строенный, что ли? Точно, ящик под гранаты пустой, было пять, значит, метнули три сразу. -Сдавайтесь, именем короля! -Крикнул вдруг с повозки Подснежник. И когда только туда забраться успел-то? -Власть королю! Власть королю! Но никого уже не был. Рыцарей у дома не стало, всех побили. В ком болт арбалетный торчит, в ком чужой клинок или короткое копье, а вокруг каждого по два-три трупа наших. Клавдий там же, мертв, живых не бывает, проткнутых сразу двумя мечами. С наемниками получше, тут мы отдавали один за один. Выжили... Раз, два, три... Пятеро. Держатся рядом, раздумывают, нападать или нет. Лакеи разбежались, я видел мелькающие спины в зеленом среди раздвигающихся и смыкающихся ветвей сада. Ещё один улепетнул вдоль по улице, ему тут ловить нечего. Быстрая сшибка. Разом столько народу потерял. -Сдаюсь, Ваше Величество. -Слева от меня наемник сложил свой меч на землю. -Сдаюсь. Ещё двое сложили оружие точно так же, потом ещё двое. Все, кончено. Подснежник держал арбалет как девочка котенка, нежно, но фиг отнимешь. Я оглянулся, сплюнул тягучей слюной. Пока падал, грязи наглотался. Где мой меч-то, вот вроде бы тут валяется... Подобрал, покачал в руке. С лезвия сорвались кровавые капли, плюхнулись в истоптанный песок. Так. Где остальные? Мастер Клоту-то где? Вроде бы был тут... И Вера тоже, и Коротыш. Они где? Дома уже не было. Прогоревшая крыша с грохотом обрушилась внутрь, выметнув вверху снопы оранжевых искр и пахнув серым дымком. Наемники попятились, глядели на меня. Быстро прикинув шансы, я решил. -Идите к повозке и ждите решения вашей судьбы. -Мы не участвовали в забавах графа. -Сказал тот, который сдался первым. -Мы честные воины. Упоминание о забавах заставило меня похолодеть. -Где граф Дюка? Куда он пошел? -В саду, за домом. -Ответили мне с некоторой опаской, и оттого мне стало ещё беспокойнее. За ревом пламени и шумом рухнувшей крыши немудрено было пропустить весь бой. Да и не занимался граф ничем хорошим, все как всегда. -Добрый день, граф. -Поздоровался я, останавливаясь в десяти шагах от него. Что-то мне было не по себе. Сержант, избитый и связанный за руки, торчит вверх. Измазанный жиром и кровью кол вырастал из его плеча страшным цветком. Острие расплющено ударами сверху, на нем горит масляная плошка, раскаленные капли наркотика медленно стекают по колу вниз, в человеческое тело. Жена его на соседнем колу, голая, по бедрам вниз стекает долгая струйка крови. Господи, а жену-то его так за что? А дочка? Где дочка? Ну, твари... -Вы, граф, не представляете, как я рад вас видеть живым! -Сказал я. И понял, что и в самом деле этому рад. -Я тоже, щенок! -Широко улыбнулся граф. Наверное, я до конца жизни этот басок ненавидеть буду. В правой руке графа Дюка, как сам по себе, возникла широкая и длинная лента меча. Блеснула, как язык кобры, метнулась туда-сюда, щупая воздух. Глаза графа привычно-оценивающе скользнули по мне, по моей фигуре, чуть задержались на лезвии тесака. -Сейчас чуть отвлечемся на тебя, ну а потом продолжим... Наши забавы. Что, скрестишь со мной меч? Покажи, чему научил тебя этот дождевой червяк... В честном поединке! И расхохотался басом, показывая удивительно здоровые и белые для Средневековья зубы. Тройка наемников вторили ему. -Сейчас покажу. -Пообещал я, втыкая лезвие меча в песок. Глаза графа расширились на минуту, он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, да не успел. Я сунул руки за спину, достал пистолет, передернул затвор, загоняя патрон в ствол, и выстрелил. Руку толкнуло сильно, но не зря Валерий Алексеевич тратил со мной время, не зря я выкидывал половину зарплаты на тир и уж совсем не зря я принес с собой сюда это оружие. На долгую, длинную и страшную секунду был страх, что пистолет не выстрелит, что физические законы этого мира не позволяют гореть и взрываться пороху, а пуле вылетать из ствола, или ещё чего-то... Один из наемников свалился замертво. На его лбу нарисовалась красная точка, шлем с головы слетел в падении, разбрызгивая жидкую серо-красную кашицу. -Опа. -Зачем-то сказал, поразился тому, как невежливо и глупо это звучит, а потом ещё раз поразился, что у меня возникают столь несвоевременные мысли. Немая пауза. Второй выстрел разнес вдребезги, на длинные блестящие сосульки, графский меч. Третий выбил из-под графа ногу, и он с воплем свалился в кровавую пыль, согнувшись и пытаясь дотянуться до коленки. Зря, коленки у него уже нету... Кажется, осколки кости брызнули в стороны? Кто же сказал, что у меня не получается? Одно долгое, слитное движение... Все как надо, разве что вокруг чужое солнце и мир чужой. А кровь-то от сержанта натекла! -Эй, вы, двое. -Хрипло сказал я. -Хотите жить дальше, то хватайте вашего начальника и в такой же вид! Побелевшие наемники часто-часто закивали. -Потерпи, Сержант! -Я встал рядом, нашел его руку и крепко сжал в своей. -Потерпи ещё чуть! Я знаю, ты сильный воин! Я хочу, чтобы ты это видел! Потерпи! Сержант повел глазами. Я посмотрел. -Это честное оружие. Нашего мира. Я рассказывал. Потерпи... Ах, да. -Ваше Высочество, что тут... -Мастер Клоту встал как вкопанный. Потом бросился на одно колено, раскрыл свой ящик, стал там копаться и вдруг замер, опустил плечи. -Ваше Высо.. Величество? Что они делают? Я не ответил. Граф взмахнул руками, отгоняя от себя своих бывших стражей, да разве поможет? Те были ловчее, ухватили его под мышки, вздернули на ноги. Один сноровисто опутал веревкой локти, второй вспорол штаны. Граф заорал. Низкий, тягучий и басистый вопль из самого его естества. Сорвались со стены любопытные галки, закружили над разоренным поместьем. Ему б арии оперные петь. Карузо хренов. -Ваше Величество, вам не стоит на это смотреть! -Вдруг нашелся мастер Клоту. -Нет. Я должен досмотреть до конца. Наемники, предвосхищая мои желания, усадили графа лицом к децималу Седдику. Подняли за бёдра, поводили мускулистым задом, и опустили. Шшшпок! Второй раз заорать граф не успел, один из наемников так же сноровко набросил на графа пояс, завязал его через открытый рот. Пояс мокрый, в наркоте, уже успели вымочить. Второй дождался, пока кол не покажется из плеча графа, несколькими ударами откуда-то взявшегося молотка расплющил его острие и водрузил туда плошку с наркотическим зельем. Щёлкнул зажигалкой, моей же, что я придумал. Вверх потянулся дымок. Умелые ребята. Вот как быстро и слаженно все делают, выдрессированы хорошо! А ещё так много людей заслуживает! Палача-то уже нет, наверное... А эти пригодиться могут, в городе от них все отвернулись уже давно. Два раза погладил курок от бедра, два выстрела прозвучали одновременно, оба наемника рухнули под ноги хозяина. -Спасибо. -Сказал я зачем-то. Потом посмотрел на сержанта. Тот улыбался. Он улыбался шире и шире, изо рта его пошла тонкая струйка крови. -Покойся с миром, друг. -Я приставил ствол пистолета к его груди. Рука не сжималась, как будто не моя. Я не ощущал свою руку, по ней бегали отвратительные слабосильные мурашики, как будто и не было ничего. Как будто не я отрубил человеку локоть, как будто не я прикончил троих и приказал усадить на кол одного. Да что же я делаю! Ведь он страдает! Выстрел в сердце. Второй. В его жену. Тоже в сердце. Сержант обмяк, но голову держал ровно. Через наступающий туман беспамятства я видел, что он продолжал улыбаться, даже сквозь кровь и смерть. Почему-то мне казалось, что он улыбается мне. Я очень хотел на это надеяться. Внезапно стало темно. -Доброе у... -От меня отшатнулись. Я открыл глаза и лежал, глядя в потолок. Потолок кружился у меня перед глазами, кружился, стремился куда-то вдаль. Мир походил на большой куб, стальной, покрытый почему-то теплым мехом. Чуть нажмешь, а под ним сталь, гладкие ворсинки не прожимаются и на сантиметр вглубь. -В институт опаздываешь! -Донеслось откуда-то со стороны. Ну так и опаздываю, ну и ладно ж... Можно и... Встать. Резко и жестко, самому себе. Вставать. Вставать, бриться, умываться и одеваться, потом брать свою сумку с тетрадями и бегом ломиться в институт. И ничего не показывать, ничего, ничего совершенно! Пряча лицо от родителей, прошел в ванную комнату, включил холодный душ и с минуту стоял под упругими струями воды, совершенно не ощущая, как дубеет кожа. Но мало-помалу стал рассеиваться туман в голове. Может, забить сегодня на институт? Не ходить туда просто? Ну его на фиг, да и все дела? Надо точно выйти на улицу. Сам не зная как, я оказался в Ростексе около станции метро. Есть такие у нас павильоны макдачного питания, чуть повкуснее, чем в Макдачне, и чуть интерьер поудобнее. И ещё пиво подают. -Коньяка. -Попросил я у продавщицы, которая уставилась на меня как на видение. -Ну что смотришь? -Я положил на стойку несколько крупных купюр. -У нас не продают, могу предложить вам... -Она поглядела на меня с явным страхом, и почему-то это меня отрезвило. В самом деле, ну что я делаю-то? Кому все это надо? Через силу улыбнулся, забрал деньги, дотопал до недавно открывшегося супермаркета. Охранник за стеклом сморщился, но отступил в сторону, пропуская меня внутрь. Непростой магазин, тут только новые русские затовариваются. Хмуро глянул на собрата-охранника, подошел к здоровенной витрине. -Чего желаете? -Возник за спиной консультант, лощеный молодой человек в дорогом костюме. Показалось мне или нет, но скрывалась у него в глазах этакая усмешка, мол, не с моим калашным рылом-то да в свиной ряд, или как там его правильно... Я открыл кошелек, показал стопку купюр. Почти вся моя выручка за золото. -Коньяк, хороший. Лимон. Два стакана пластиковых. Батон черного хлеба. Показалось мне, точно, что тут был кто-то? На кассе пробили чек, я без звука расплатился, двинулся в сторону выхода, сгорбленный, с пакетом под мышкой. -Эй, друг. -На плечо мне опустилась чья-то тяжелая рука. -Что? -Повернулся я. Передо мной стоял охранник магазина. -Забыл ты. -Мне в карман вложили бумажную мелочь, сдачу. -Сдачу забыл, говорю. Иди-ка ты домой, что в таком состоянии по улице шататься? Налетишь ещё на кого, ненароком. Может, тебе такси вызвать? -Спасибо. -Я пошел к выходу. Тут, около железнодорожных путей, никого не бывает. Почти что никого. Для бомжей место неудобное, слишком открытое, для того, чтобы поставить ларек – тоже не комильфо, народ тут не ходит. Раньше лавочки были, парк небольшой, яблоневый, но с приходом перестройки про уборку территории прочно забыли. Не говоря уж о том, что надо бы снег сгребать... Так и оставили. Детьми мы сюда бегали, а взрослыми забыли. У взрослых свои заботы. Лавируя между сугробами, добрался до укромного места, чтобы с улицы не просматривалось. Смел снег с лавочки, сел на подол куртки. Положил на пакете рядом два стакана, нарезал хлеб, лимон. Выпил стопку, но закуску не тронул. За тебя, сержант. Не знаю, как это все должно выглядеть... Но за тебя. Пока я тут, в другом мире, я буду собираться с силами. А в мире том я постараюсь сделать так, чтобы твоя гибель была не напрасной. Я не знаю, что смогу ещё для тебя сделать... Ты не был таким же суровым патриотом страны, как граф Слав. Ты не ненавидел королеву и графьев так же, как барон Алькон. Ты просто поверил мне и стал моим другом, первым моим настоящим другом в том мире. И ты постарался сделать из меня не только хорошего воина, но и неплохого человека. Не знаю, чем то было вызвано, не деньгами же, которые я тебе платил... Да не важно, чем, но спасибо тебе за это. И прости же меня, что я не уберег тебя. Мне сразу следовало, просто сразу хватать ствол и стрелять в башку королеве и всей её банде, а особенно графу Дюка. Теперь я знаю цену времени. Ценой моего промедления стала жизнь моих друзей. Сержант, его жена, которая всегда была добра ко мне, его мать. И его дочь... Господи этого мира и боги того, пусть Лана выживет! Нет, я не брошу Лану. Она будет новой баронессой... Я же король, как-никак! Она будет самой лучшей баронессой моего королевства... Боюсь, это единственное, что мне осталось для тебя сделать. А ещё Серей, Коротыш, возможно и Вера тоже, хотя её сложно назвать своим другом. И сколько ещё народу погибло в той стычке. Я не знаю пока что. Мысли мои начали путаться и скакать из стороны в сторону. Достаточно. Если я напьюсь сейчас, то проснусь пьяный и в том мире. Ничего хорошего от этого не выйдет. У меня там ещё очень много дел. Очнутся, во-первых. А потом уже посмотрим по ситуации. Длинная зеленая змея-электричка вылетела из-под моста, и стремительно заполнила собой ближний ко мне путь. Грохотали колеса на стыка рельс, качались вагоны, в них горел свет, если присмотреться, то и лица мелькали. По соседним путям ей навстречу – другая. День уже, одиннадцать часов. Самый разгар рабочего времени. Тренькнул звонок сотового. -Да. -Любовь моя? -Машенька! -Я против воли улыбнулся. -Солнце моё, я так ждал твоего звонка! Как твои дела? -Как сажа бела, любимый! Кстати, ты не находишь, что влюбленным надо видеться чаще, нет? Я уже два дня смотрю на твой портрет, а ты все не звонишь да не звонишь...