Фил расхохотался.
— Кто? Вот умора, крот!
— В кино так говорят, крот! — обиженно сказала Ника.
Проводник начал светится, свет окутал парня, и он исчез.
— Фил! Фил! — закричала Ника, вскочила и уставилась на пустое кресло.
На сером здании большие буквы — "НТО ВРЕМЯ", и панель со светящейся надписью "2018 год"
Лена не спала, просто лежала, смотря в потолок, и думала о Нике, и о Максе.
Этот незнакомый, чужой человек был просто похож на ее любимого, которого она не забывала ни на миг, и, надеясь на чудо, ждала столько лет...
И дождалась. Но, это был не он... Не он... Другой... Ее любимый Макс стал совсем другим...
Максим тоже не спал, и вспоминал, закрыв глаза...
На сером здании большие буквы — "НТО ВРЕМЯ", и панель со светящейся надписью "2000 год"
... Ему чуть за двадцать, а Борис — тот же толстячок лет пятидесяти, в светлом костюме. И сидели они в том же кабинете, за длинным столом. Борис пытался быть строгим начальником, но с Максимом Лесниковым это не получалось — Макс сам себе начальник, и на Бориса ему пофиг. Только что ноги на стол не клал...
— У вас, Борис Сергеич, как в совке! — оглядывая кабинет, сказал он — Поменяли бы мебель!
— Мы все с совка! — сухо ответил толстяк — Мне и так нормально. Задание для тебя!
— Внимательно! — ответил Макс, разглядывая древнюю хрустальную и пыльную люстру, состоящую из множества фигнюшек и завитушек.
— Знаешь, кто такой Баринов? — спросил начальник.
— Конечно! — Максим оторвался от созерцания люстры и посмотрел на Бориса, как на идиота — Создатель перемещения.
— Нужно забрать у него кое-какие бумаги, до того, как они сгорят в пожаре. Вместе с ним. Он их прячет, никому не доверяет, даже мне, своему помощнику. Только дочке доверяет.
Борис подвигнул Максу папку, агент ее открыл, посмотрел фотографии и документы.
— Изучай! И, докажи, еще раз, что ты лучший, что не зря таких денег стоишь!
Максим криво ухмыльнулся и подумал:
"Сомневается еще!"
Впрочем, это Борисово высказывание Макса не разозлило, а позабавило.
— Получается, профессор собирается уничтожить разработки? — спросил он — Пожар его рук дело?
— Да, — кивнул начальник — захотел вот... И если мы не помешаем, то не сидеть нам в этом кабинете... Я останусь в двадцатом веке, ибо перемещения не будет, а ты ... Ты из какого времени?
Максим не ответил.
— А Баринова спасать не надо? — уточнил он.
— Нет! — отрезал Борис — раз он решил, все равно сделает... Не в этот раз, так в другой! Не охрану же к нему приставлять! К тому же, мы не можем, не имеем права вмешиваться в события! Но, спасение великого открытия — исключение, которое дозволительно.
— Кем дозволительно? — не отрываясь от изучения содержания папки, спросил Макс.
— Основателями! — рявкнул начальник.
— Понятно! — усмехнулся агент, и заметил — Красивая у профессора дочка!
Борис нахмурился.
— К ней не лезь!
— А че так? Вам нравится? — рассмеялся Макс, решив, что обязательно соблазнит эту красотку, тем более она, похоже, единственный путь к документам, раз профессор только ей доверяет. Да и Борисика лишний раз по носу щелкнуть приятно.
Макс не любил Бориса.
— Со мной вступишь в контакт, объяснишь все! — продолжил Борис — Он... Я в курсе, по будущее, и агентов!
Максим захлопнул папку, встал, кивнул начальнику, и ушел.
Борис зло посмотрел ему вслед.
Был бы его, Бориса, воля — Макса в агентах не было бы. Но, прочие Основатели души в нем не чаяли, считали его лучшим, и платили бешеные деньги.
Толстяк Максима Лесникова ненавидел, за хамское поведение. И завидовал.
БЕЗ ВРЕМЕНИ
Фил вышел из длинного коридора с металлическими стенами, и оказавшись на площадке с несколькими дверями, попробовал открывать их, по очереди, но, они все были заперты.
— Черт! Как, в кошмарном сне! — пробормотал он, и решил пойти обратно, раз здесь тупик.
Но, одна из дверей открылась, и оттуда выглянул лысый робот, очень похожий на человека, в комбинезоне и перчатках. Лысый стоял у двери, не выходя из помещения.