– Люблю, но остаться не могу!
– Понятно! Это все, ради задания!
– Я рассказал вам, кто я, и зачем здесь, не для того, что бы мы с вами предавались сантиментам, а в надежде на сотрудничество! Но, нет так нет! Вы фанатично хотите уничтожить и себя, и свое открытие! Ваше право! А я дорожу своей репутацией, и задание выполню! Я и так знаю, где бумаги! Прощайте, профессор! И, позвольте, я пройду, документы заберу.
– Не позволю! Все, должно быть, уничтожено!– воскликнул Баринов и преградил Максу путь.
– Я вас убью сейчас, вообще ничего не уничтожите! Не мешайте!
И Максим отодвинул профессора плечом.
– Какой ты страшный человек! – произнес Баринов – И хорошо, что не останешься с Леной!
Макс зашел в здание, и профессор, следом. Через несколько секунд агент вышел, неся свернутые трубкой бумаги, и быстро двинулся прочь.
К зданию подъехала машина, из нее выскочила Лена, и побежала ко входу в лабораторию.
– Макс! – крикнула она. Агент оглянулся.
– Макс! – повторила Лена – Папа, сейчас погибнет! Письмо! Надо его остановить!
– Лена, стой! – крикнул Макс, и бросился к девушке.
Профессор выбежал из лаборатории, и, увидев Лену, изумился и испугался.
Внутри здания грянул взрыв, из двери вылетела огненная лавина, дом развалился, его горящие части разлетелись.
Профессора откинуло далеко от здания, Макс упал, Лена тоже…
…Макс сел, с него осыпалась пыль, и пепел с горящими искрами, вокруг все усеяно обломками, некоторые горели, развалины лаборатории тоже полыхали.
Макс увидел, что Лена завалена куском стены, свободны только голова, плечи и руки, а по ее лицу, из под волос, течет кровь.
Он подошел к ней и опустился на колени.
Лена попыталась что-то сказать, но, только пошевелила бледными губами.
– Не бойся, я с тобой, сейчас вытащу!– произнес Макс.
Лена судорожно схватила его за футболку, выбивающуюся из расстегнутой куртки, вместе с футболкой в руку попал медальон. Девушка судорожно сжала руку, цепочка проводника порвалась…
Макс с ужасом понял, что ВСЕ… Лена умерла…
Он накрыл ее своей курткой, сел рядом, на кусок стены, и вытащив проводник из руки Лены, вынул из него иглу, и начал нажимать цифры.
Появился Майский – ему тогда было лет сорок пять – увидел развалины, мертвого профессора, сидящего на каменном обломке Макса, и испугался.
Лену, накрытую курткой, он не заметил.
– Работаешь? – заискивающе произнес Майский.
– Это не я, он сам, самоубийство!
– Сам? Ну, надо же. А почему, не знаешь? – спросил Майский, с облегчением – видевшие агентов за работой пропадают без вести, но Макс, слава Богу, не на работе… Майский оглянулся по сторонам – он что-то искал.
– Профессор болен, и так умирал, в мучениях! – ответил агент.
– Это мне известно. Какая глупость! Рак лечится, в будущем. Он отказался!
– Он решил уничтожить свое открытие, и себя, что бы пресечь алчность и жесткость Основателей, и гибель планеты. Он бы все равно умер, но не хотел обременять дочку своей болезнью. Решил вот так.... А последней каплей стало вот что – Баринов желал вернуть умершую жену, изменить прошлое. Вы, Основатели, не даете это сделать, отобрали готовые проводники, создание новых под контролем… Да и не может он сам, в то время вернутся – из-за Парадокса.
– Изменять прошлое, нельзя! – строго сказал Майский – Даже, создателю перемещения!
– Он считал иначе! Зачем оно, перемещение, если нельзя изменить прошлое? Если не вернуть любимую женщину, зачем тогда оно? Он уничтожил все разработки, готовые проводники не вечны, скоро все закончатся. Вы же знаете, что перемещение уничтожит планету!
– Знаю! Мы видели будущее, но, его можно изменить! Самоубийство – не выход! Ну, раз профессор так решил… Однако, не все его труды уничтожены. У меня, кое-что, осталось… – произнес Майский, взглянул на проводник в руках агента, на иглу, и его осенило:
– А ты Макс, что же – Баринова хочешь спасти, изменив прошлое?
Макс не ответил.
Майский стал ходить между обломками, внимательно смотря по сторонам. Он увидел бумаги, брошенные Максом, оглянулся на него, убедился, что тот на него не смотрит, и забрал их.
– Не все, не все его труды уничтожены! – произнес он – У меня есть его разработки.
"– Еще, и эти бумаги! – подумал Майский – Такая, удача! Теперь, когда Баринова нет, только я смогу делать проводники! Надо Макса остановить, пока он все не испортил, не спас профессора! Немедленно к Борису, пусть посылает агентов!"
И Майский исчез.
И вовремя. Потому, что, пространство вокруг лаборатории поколебалось, искривилось – и само здание, и пустырь, и даже воздух. Поколебалось, и успокоилось, как круги на воде от брошенного камешка.