– У нас короткий день. Заберёте не позже двух, спать укладывать не будем.
Грета механично кивнула и поплелась на работу. Она уже мысленно простилась с мечтой отпраздновать Новый Год в компании сотрудников, а теперь стало понятно, что даже на официальную часть, где ей должны вручить грамоту за отличную работу, она не попадает. «Может, оно и к лучшему, – уговаривала себя, – лишь бы не видеть Катькиных потуг по охмурению мастера». Эта мысль оказалась ошибочной. Увидеть всё-таки пришлось. Отработав, как положено, до обеда, Грета вышла за ворота предприятия и услышала:
– Гришка! Давай к нам! – приоткрыв дверь тёмного Фольксвагена, улыбалась Катька, – иди скорей, не тормози! Лёша подвезёт нас.
Грета подчинилась, хотя сразу пожалела об этом. Сидя на заднем сидении и слушая трескотню подруги, она грызла себя: «Зачем я только согласилась? Мало унижений?» То, что Катька на второй день работы оказалась в автомобиле начальника, было за гранью понимания.
Ничего не могла поделать с собой, не отводила взгляда от профиля Алексея. На Катьку Лёша как будто не обращал внимания, но и на Грету в зеркало не смотрел. Не реагируя на болтовню пассажирки, слегка поворачивал голову то в одну, то в другую сторону, отслеживал пути других автомобилей и особенно безрассудных пешеходов, забывших вдруг все правила и ныряющих под колёса в самых неожиданных местах.
– Супер, Лёша! Ты просто молодец, что нас с Гришкой подбросишь! Мы ж девушки, должны нафуфыриться, а времени так мало! – тронула Катька локоть водителя и тут же повернулась назад, – Ты новое платье купила? Моё увидите, обзавидуетесь! Вырез во! Честное слово! Я в нём – звезда, хоть сейчас на красную дорожку!
У Греты в голове вертелась шутка про красные фонари. Смолчала, подавляя растущее раздражение.
– Остановите здесь! – громко сказала она, – мне за ребёнком в садик.
– Что?! – Катька вытаращила глаза. – У тебя ребёнок?
Грета не ответила. Она дождалась, когда Лёша затормозит, и вышла, буркнув:
– С Новым годом вас.
Побежала, не оглядываясь. Ей казалось, что Фольксваген стоит, а Катя и Лёша смотрят вслед, обсуждая странную новость. Хотя, зачем им стоять? Времени не так много. Подруга спешит, ей надо в порядок себя привести, и Алексею, наверное, не терпится надеть новый костюм и яркий галстук, чтобы соответствовать.
Потянулись праздничные дни. Спали до полудня, смотрели телевизор, гуляли. Игрушек в доме не было, свои девочка не захватила. Грета хотела купить что-то, но Мила не соглашалась. Она вела себя не так, как, по представлениям Греты, должен бы вести себя четырёхлетний ребёнок. Печальные льдинки большущих глаз наводили на мысль, что как раз из таких белокожих малюток вырастают снежные королевы. «А я так и останусь навеки Гердой, потерявшей своего Кая».
Играли в шашки, Мила оказалась докой, обыгрывала соперницу. Нашли ещё нарды. Пришлось скачать правила из интернета и освоить эту игру. Здесь силы были равны.
Третьего опять позвонили из больницы. Можно прийти, навестить пациентку, она волнуется о дочери, а волноваться ей нельзя. Мила, услышав радостную новость, собралась мгновенно. Грета возилась, ей поручили принести кое-что, ведь женщину перевели в обычную палату, хотела ещё взять гостинцев – сок, мандарины, яблоки, печенье, кефир … Что обычно носят больным?
Девочка терпеливо ждала в прихожей, обняв альбом, где нарисовала для мамы великое множество ёлочек, снеговиков и солнышек. Грета заказала такси, видела, как не терпится Милочке поскорее увидеть маму.
Встретила их медицинская сестричка:
– Родственница? – уточнила у Греты.
– Нет. Я с девочкой, – ответила та, протягивая пакет с вещами и гостинцами.
– Так значит, не будете проходить?
Грета пожала плечами. Волновать незнакомую женщину не хотелось, вот она удивится, увидев, с кем её дочь проводит время. Медсестра взяла Милу за руку.
– Провожу её к маме, а вы загляните к доктору, он хотел побеседовать.
Грета прошла в указанную дверь. Из-за стопок карт на столе выглянул немолодой полноватый мужчина с нахмуренными седыми бровями. Он, не предлагая сесть, сам поднялся и стал прохаживаться по кабинету.
– Вы родственница Звонарёвой?
– Нет. Я просто знакомая.
– Кто-нибудь из родных может подойти?
– Все разъехались на праздники.
– Так. – Доктор остановился и вгляделся в глаза Греты. – Прошу вас передать им следующее: мы сделали, что могли, но это всего лишь поддерживающая терапия. Нужна операция.
– Операция?
– Пациентка отказывается наотрез, не с кем ей ребёнка оставить, видите ли. Как не поймёт! Лучше на месяц поручить девочку родне, чем вообще сиротой сделать.