— Так точно, экселенц.
— Хорошо. Очень хорошо. — Гитлер быстрыми шагами подошел к столу, взял лупу и наклонился над картой Западного фронта, что-то там искал, оглянулся в сторону Ольбрихта, вновь приник к карте.
Уверенный и энергичный Франц Ольбрихт, его небезосновательные предложения, связанные с подготовкой и проведением рождаемой в мучениях и спорах с Генштабом операции, произвели на Гитлера неизгладимое впечатление. Он поверил молодому офицеру — разведчику больше, чем своим старым опытным фельдмаршалам. — Все, что он услышал бездоказательно, но как убедительно! — подумал он, приняв кадровое решение. — Главное — огромные склады горючего в местечке Ставло. — Его взгляд был устремлен именно в эту точку на карте. — Захватить, непременно захватить Ставло. Техника без бензина — груды железа. Этот юноша, настоящая находка, он блестяще поддержал его своими видениями. Операции «Wacht am Rhein» — быть! — Нацистский вождь отстранился от карты, выпрямился. Его левая нога по-прежнему дергалась, глаза слезились, однако в эту минуту Гитлер был полон решимости и внутренней силы, которые давно покинули его дряхлеющее тело. Он с благодарностью посмотрел Шпеера…
— Один ноль в твою пользу, Клаус, — мысленно поздравил друга Франц. — Извини меня, что струхнул перед Гитлером, когда тот был в ярости.
— Проехали. Все обошлось. Ты рожден и воспитан в нацистской Германии и поэтому не смог полностью освободиться от его тлетворного влияния. А для меня, Гитлер — преступник и изверг номер один. Сколько лет прошло после вашей войны, а мы, немцы до сих пор чувствуем груз ответственности перед народами Европы за ее последствия. Поэтому, когда придет время, одним пальцем раздавлю этого червяка. И ты мне не помешаешь. Запомни это, Франц. А с этого дня я беру над тобой шефство.
— Спасибо, друг. Буду рад твоей поддержки в трудную минуту.
— Господа офицеры! — вдруг засуетился Гитлер. — Предлагаю выпить по бокалу шампанского по случаю встречи. Бургдорф! — он бросил на адъютанта оживленный требовательный взгляд. — Ведите гостей к столу…
Глава 18
Несмотря на то, что нацистская Германия была зажатой со всех сторон русскими, англо-американскими армиями и ее участь была предрешенной, жизнь простых граждан мало чем изменилась к концу войны. Введенное с 1939 года нормированное распределение продуктов питания, одежды, обуви по карточкам позволило обеспечивать всем необходимым своих «рейхсдойч» почти до самых дней существования третьего Рейха.
Немецкие «бауеры» (фермеры) по-прежнему варили и коптили колбасы, окорока, уток и гусей, у них бесперебойно работали маслобойки и сыроварни. Они сдавали государству абсолютно всю продукцию, а для себя покупали в магазине по карточкам все то, что и городские жители.
До конца войны пекари выпекали отличный хлеб из смеси пшеничной и ржаной муки в виде тупоносых килограммовых батонов в многочисленных мелких частных пекарен. Каждый батон был обернут широким кольцом бумаги с рекламой пекаря.
Пивовары варили светлое и темное пиво и ее лучшие сорта бесперебойно доставлялись в столицу.
По-прежнему после работы свое свободное время немцы коротали во множественных кафе и ресторанчиках. За рюмкой шнапса или кружкой пива они вели тревожные разговоры о состоянии на фронтах и продолжали верить в благополучный исход войны, уповая на фюрера и на бога.
В своем обычном деловом ритме работал и популярный столичный пивной ресторан «Папа Карло» на бульваре Унтер ден Линден.
В тот неприветливый ноябрьский день, шел мелкий дождь, было холодно и сыро. Ресторан довольно быстро наполнялся фронтовиками, несмотря на то, что не предполагалось выступление известных певцов или артистов. Белокурые официантки в национальных костюмах не успевали подносить пиво и еду. Со всех сторон разносились недовольные возгласы заматерелых унтер-офицеров, требовавших чтобы на них обратили внимание и быстрее обслужили.