Большая часть утра ушла на грим, необходимый, чтоб скрыть синяки под глазами в пол-лица, благодаря которым я слегка напоминала одного из красивых клиентов морга.
В издательстве я работала секретаршей. Звучит, конечно, оригинально, но стоит сделать коррективу: я не пышногрудая блондинка. Для этих целей в офисе есть Юлечка. Я же занимаюсь общением с клиентами, расписанием директора, ко мне обращаются редакторы с разного рода гениальными замечаниями и требованиями, я разгребаю жалобы и покупаю жене и нескольким любовницам шефа подарки, общаюсь с комиссиями, принимаю и рассматриваю жалобы. Конечно, при таком объёме работ я должна была числиться, по меньшей мере, помощницей, но, обучаясь заочно, причём на социолога, я совсем не жаловалась.
Естественно, как только я, вся в мыле, как скаковая лошадь, примчалась в офис, выяснилось, что перед моим столом уже собралась небольшая толпа тех, кто меня позарез хочет. Увидев меня, они возликовали и заговорили хором.
— Звонили из Министерства образования, они недовольны тетрадкой по математике для 6–7 классов…
— Пётр Евгеньевич просил передать, что у него завтра день рождения тёщи…
— Мыши испортили бумаги на…
— Вы что, издеваетесь? Какие мыши? Министерство образования отказывается одобрять…
— Симонова снова не вышла на работу — у неё заболела дочка, а нам поступил заказ…
Я страдальчески вздохнула, сосчитала до десяти и решила, что начать стоит, пожалуй, с математики для 6–7 классов.
Как я и предполагала, на обед времени просто не хватило — с часу до двух я занималась подборкой подходящего подарка для тёщи директора. После, прибарахлившись мерзкими цветочными духами и охапкой нежно-розовых роз, на ходу купила пирожок с мясом, понадеявшись, что начинка всё же не померла своей смертью.
Дожёвывая продукт непонятного происхождения, я вихрем влетела в офис и покосилась на Юлечку. Блондиночка вытаращила и без того громадные голубые глазищи, глядя на меня, как на чудо природы. Сначала я опешила, но потом решила, что это у неё нервное. С её-то работой…
— Как ты можешь есть эту гадость? — раздался со стороны моего стола подозрительно знакомый голос. Так. Я сошла с ума?
Я оглянулась. Нет, не я. Но кто-то тут точно спятил.
Павел сидел на моём месте, небрежно потягивая невесть где раздобытый кофе. Перед ним лежала фотография, которая ранее покоилась где-то в глубинах моего шкафчика. Внимательно оглядев сей пейзаж, я ощутила прилив неконтролируемой ярости.
Это был едва ли не единственный снимок, где мы с Егором были сняты вместе. Была весна, ветер развевал нам волосы, солнце слепило глаза. Те давние, полузабытые минуты, когда мы были просто счастливы. И между нами не было ни вечных дел, ни денег, ни крови, ни памяти. Только мы.
Наверно, давно пора было выбросить фото, или спрятать в каком-то пыльном альбоме, где хранятся дорогие, но полузабытые воспоминания, но я — не смогла.
На губах моих заиграла нежная улыбка, а глаза непроизвольно сузились.
— Привет, Паша, — сказала я мягким, вкрадчивым голосом, при звуках которого Юлечка, нервно икнув, сделала неубедительную попытку спрятать свои телеса под стол. Павел, скосив глаза, стал с искренним интересом следить за действом.
От ярости меня начало слегка трусить. Улыбка плавно перешла в оскал, а голос стал просто медовым:
— Может, объяснишь, что ты здесь делаешь и зачем копаешься в моих вещах?
— Брось. Я ждал тебя — нужно ж мне было чем-то заняться. Хочешь кофе?
— Вообще-то, на шкафчиках есть замки, — напомнила я спокойно.
— Ставить такие замочки — всё равно что приглашать посмотреть.
— Ещё никому в голову подобное не приходило.
— Видимо, я первый умный человек, который зашёл к тебе на работу.
Я вздрогнула. Невольно вспомнилось, как за мной заехал Егор, но мне нужно было ещё закончить пару дел. Потому я максимально вежливо его послала, на что он ответил, что на посла, то есть человека посылаемого, не тянет, и пообещал меня подождать, чтоб мы потом вместе продуктивно провели время в городских пробках. Усевшись за мой стол, он заметил: "Ты б замки поменяла. Такие не то что шпилькой — руками открыть можно". Кстати, время в городских пробках мы и правда провели неплохо… до его квартиры только в 9 вечера добрались, хотя выехали в 5…
Покуда я предавалась солнечным воспоминаниям, Павел разглядывал фото. Из раздумий меня выдернула его фраза:
— Егор. Ну, кто б мог подумать? Знаешь, мир очень тесен.
— Вы знакомы?! — выдохнула я изумлённо.