Но потом вся мерзость выветривалась из крови, и жизнь шла своим чередом. У меня появилось много смышленых знакомых среди людей, которые умели держать по ветру нос. Двое из них с горем пополам понимали язык атлантов, что было просто чудом. От них я узнавала все новости едва ли не раньше Лэада.
Теперь я воровала уже по-крупному. Осколки кристаллов, списанные атлантами, старое оружие, информация. Я была очень осторожна, и они ничего не замечали. Господа вообще не слишком присматривались к своим рабам, считая их слишком глупыми и примитивными.
Я же — изучала их. Я знала, что в большинстве своём они пользовались кристаллами для хранения информации, но на ранних этапах развития у них была письменность. Я раздобыла себе несколько старинных свитков, которыми едва не растопили огонь предприимчивые слуги-люди, и стала увлечённо их изучать. К тому времени благодаря объявлениям и информационным кристаллам, которые часто использовал Лэад, я знала многие руны. Теперь, разбирая ночами надписи в старинных свитках, я тёрла покрасневшие от недосыпа глаза и почти клялась себе, что это последняя ночь, когда я морочусь этой бессмыслицей. Почти — потому что на следующую ночь, когда Лэад уходил, я снова училась читать на языке атлантов. Просто чтоб доказать себе, что я могу это сделать.
Ещё я изучала их политику. Тут уж мне многое рассказывал Лэад — после "перелома" в наших отношениях он стал более разговорчивым. Между родами Ла Ори и Та Рэн уже начинались вооруженные стычки, а причина конфликта, по меньшей мере, официальная, меня заинтриговала.
Выяснилось, что глава семьи Ла Ори выступила на Совете Семей с речью. "Люди мутируют, становятся всё более разумными и изобретательными. Три планетных цикла назад мы создали этих существ. Это, смею напомнить, заслуга моего рода. Я считаю, что мы должны либо уничтожить своё творение, либо полностью лишить эти существа воли, подчинив их мозг кристаллам".
И вот тут семейство Лэада взвилось на дыбы. Разумеется — они черпали всё своё могущество из людей, они выпивали до дна их эмоции и жизненные силы. Если б люди перестали существовать, их род бы тоже пал.
С этой размолвки и начался раскол, поделивший Атлантиду на два лагеря.
Как я выяснила, Ла Ори, наши творцы, были мощнейшими телепатами. Они могли ощущать других существ, их состояние и настроение, на громадном расстоянии. И могли влиять на них, подчиняя своей воле.
Семейство же Лэада за счёт чужих жизней получило нереальную силу, скорость и неуязвимость.
И теперь Лэад собрал рабов, выбрал себе очередную жертву и велел мне остаться. Честно говоря, оптимизма мне это не прибавило. Я сжалась в комок. Что, ему теперь мало ночей? Решил сделать себе небольшой отдых?
— Иди за мной.
— Да, Господин.
Я скользила за ним по коридору и вниз, в подземелья, чувствуя нарастающее изумление. Зачем он тащит меня в эту часть крыла Господ? Насколько я понимала, тут располагались темницы. Но зачем? Зачем я ему там понадобилась?
— Видишь ли, у меня тут есть один гость. Сам с ним нянчиться я не могу, а из рабов могу доверить это только тебе. Единственная твоя задача — навещать его изредка, чтоб он не подох. Конечно, он может прочесть тебя, но это не проблема — тебе не так уж много известно. Если он захочет что-то рассказать — выслушай и передай мне. Уж я найду способ вознаградить тебя за это.
Я поморщилась, но повиновалась. Судя по тону, вознаграждение для меня будет куда неприятней, чем работа.
Ещё пара поворотов — и передо мной возникла дверь, по бокам которой застыла парочка безликих стражей. Эти милые, добрые творения кристаллов могли уничтожить по приказу господина любое живое существо. Они не могли ничего чувствовать, не умели думать, практически не нуждались в еде и пище — хотя когда-то они были людьми. Впрочем, глядя на равнодушные лица существ, подчинённых кристаллам, я старалась не вспоминать об этом.
— Эта рабыня будет навещать вашего подопечного. Она имеет право входить туда в любое время. Она имеет право приносить ему еду и питьё. Она не имеет права приносить что-либо ещё. Она не имеет права приводить кого-либо без моего прямого разрешения. Если возникают нестыковки — вызывать меня.
— Да, Господин, — отозвались они абсолютно бездушным одинаковым голосом. У меня просто кровь застыла в жилах, но я заставила себя шагнуть за Лэадом к двери. Он прикоснулся ладонью к стене, и вспыхнуло изображение нескольких рун.