"Наверное, это рай" — думал во сне счастливый Костя. Он протяну руку к шампуру, но не успел. Сбоку на него налетел баран, который был невероятно крупный, с закрученными рогами и красными свирепыми глазками. От удара Боб упал, а подошедшее вплотную животное заговорило человеческим голосом: — Ты намеревался съесть моего брата?
— Но я его не убивал, я же не знал, что это за мясо — Костя поднялся и оказался зажатым между столом и мощными рогами парнокопытного.
— Это мой брат и ты мечтал его съесть — упрямо повторил баран и принялся с силой тыкать рогами в живот Боба. Костя ударялся о стол, стол о стену и этот глухой звук повторялся в такт биению его сердца. Он хотел схватить животное за рога, но у него куда-то пропали руки.
— Берег! Это земля! — кричал баран голосом лучшего друга, Кувалды: — Слышите? Мы спасены!
"Где мои руки и при чем тут земля? — подумал Боб и проснулся.
Течением лодку прибило к скалистому берегу и теперь она стучалась о камни, разбудив своих пассажиров. Очнувшись от многодневной депрессии, Виктор Эдуардович тут же взял командование в свои руки: — Хватит радоваться, опять, наверное, безлюдное место. Берите весла! Ищем место высадки! Далее, прорывая плотину накопленного стресса, посыпались обрывки ненормативной лексики, сопровождаемые истерическим смехом и плевками в опротивевшее море. Остальные, наблюдая за концертом Раковского, подумали, что шеф, грешным делом, свихнулся, но спустя пару минут Валентин Эдуардович успокоился и привычным тоном распорядился: — Что стоим? Вперёд!
"Башмак" обошёл отвесные скалы и взору явилась мелкая лагуны без единого признака цивилизации. Вытащили лодку на берег, покрытый светлой галькой, и принялись осматриваться. Галечный пляж тянулся по побережью на сколько хватало невооружённого взгляда, а через метров двести от моря начинались самые настоящие джунгли. Справа, виднелась пологая сопка, которая к морю заканчивалась отвесной скалой, куда и пришвартовало течением наших пилигримов. На материке довелось им оказаться или на большом острове сейчас было неясно, очевидно было лишь одно-людей здесь нет. Не было в поле зрения и пресной воды, поэтому гонимые жаждой путешественники поневоле, не сговариваясь, направились в глубь тропического леса.
19
Темный, влажный лес в который с трудом проникал дневной свет разительно отличался от того, что был на их первом острове. Самые что ни на есть джунгли отпугивали своей дремучестью и одновременно зачаровывали первобытной неповторимостью. Четверо мужчин, вооружённых маленькими топориками и шампурами вслушивались в подозрительные звуки дикого леса. И тут и там раздавались вскрики, шипение, замораживающие душу странные вздохи, а один раз даже грозный рык. Так, наверху, с истошными воплями, перепрыгивая с ветки на ветку, появилось семейство обезьян. Завидев непрошенных гостей, они всполошились, а некоторые, наверное, самые возмущённые, принялись швырять чем ни попадя. Вниз летели ветки, бананы, какие-то фрукты и это продолжалось, до тех пор, пока совсем близко не послышалось глухое рычание. Паукообразные обезьяны, ретировались молниеносно, тут же забыв про своё, очень интересное развлечение. Они удивительно ловко скользили по веткам деревьев, перехватываясь лапами при этом помогая себе длинным хвостом.
— Это кто? — шёпотом произнес Боб. Он осторожно потрогал, привет от обезьян, шишку на затылке и перехватил топорик в другую руку. Ответ на вопрос не заставил себя ждать. Ягуар спрыгнул с дерева, понюхал воздух и оскалив зубы вонзился жёлтыми глазами в людей. Ничего не происходило. Пантера продолжала стоять, показывая внушительные клыки, а путешественники и подавно, замерли на месте живыми скульптурами, стараясь не смотреть в глаза этой огромной кошке. Первым из изваяния в живого человека превратился Шпала. Он дико закричал, направляя звук в сторону слегка опешившего от такой наглости, ягуара. Остальные, сообразив подхватили, выдавливая из голосовых связок максимально высокий диапазон. Хищник сделал несколько шагов назад, затем присел, наблюдая за неизвестными, а после, видимо решив не связываться с сумасшедшими существами, грациозно запрыгнул на дерево и пропал в густой листве.
— Нашёл, кого пугать — гордо провозгласил Раковский и добавил: — А вот и вода!
Он стоял в луже, которая образовывалась от еле заметного ключа, пробивающегося из-под земли. Утолив жажду и насытившись до одури бананами, странники вернулись на берег, чтобы всё хорошо обдумать.