— Она утонет из-за своего же веса, плюс мы усядемся — Шпала, по своему обыкновению сидел в стороне и говорил как бы в сторону, отрешённо: — Придётся существенно уменьшить толщину и просушить, хорошо, на солнце.
— И что стоим? — встрепенулся босс: — Доводим посудину до ума, а солнце уже не за горами — Раковский выхватил топор у Боба и принялся активно рубить внутреннюю сторону борта. Работа закипела вновь. Топорики продолжали подтачиваться, ребята потеть, а Валентин Эдуардович рождать на свет новые «изысканные» ругательства. Через несколько дней солнце вступив в свои права с новыми силами принялось яростно жечь землю, поднимая температуру и влажность. К этому времени посудина приняла обновлённый вид. Борта и скамейки-банки уменьшились, на сколько это было возможно и теперь лодка, установленная на катки, принимала солнечные ванны. Чтобы она просохла, двигать к морю, решили постепенно, ежедневно перекатывая по брёвнам на небольшие расстояния, но неизбежно приближая торжественный спуск на воду. Легко решить, воплотить намного сложнее, так как на пути большой и неказистой шлюпки встречались серьёзные препятствия. Имея приличные размеры и вес, она застревала даже на ровных местах, не говоря уже о пригорках ямах, деревьях, которые приходилось обходить. Сколько было приложено нечеловеческих усилий и вылито на "долбанный башмак" грязных слов, известно только нашим героям, но всё же через три недели лодка выкатилась на берег. Счастливый Валентин Эдуардович даже прослезился. По новой привычке, перенятой, наверное, у Хоттабыча, он подержался за бороду, внимательно посмотрел на непроницаемого Максима и одинаковые лица парней, а затем торжественно произнёс: — Итак! Настало время перемен. Будем готовиться к большому походу. На свободу, друзья, вперёд! — Раковский поднял руку по направлению морю, а бородёнку — к небу и застыл, напоминая памятник Ленину. Потом посмотрел на свои босые, покрытые засохшей грязью ноги и задумчиво произнёс: — Как всё-таки быстро человек может превратиться в грязного дикаря и только здесь и сейчас я понял, что для счастья нужно совсем не много, понимаете? — бизнесмен взялся за бороду.
Боб с Кувалдой, внимательно слушавшие философские изречения, одновременно потёрли подбородки, которые в отличие от шефа, они скоблили ножом, резались, но усердно брились. Максим криво усмехнулся и подвёл итог: — Значит рискнём.
Началась подготовка к опасному путешествию. Парус решили не ставить, а сделать четыре весла. Лопасти с трудом вырезали из корпуса машин и с не меньшими усилиями приладили их к толстым, хорошо выскобленным древкам. Получилось, что-то вроде огромных, крепких ложек, в комплект к башмаку великана. Сделали надёжные уключины, закрепив весла к углублениям отрезанными кусками от автомобильного троса-ленты. Благо в салоне машины, который они давно разобрали, имелось множество шурупов, как и набор инструментов запасливого Максима. Проблему с тарой для запаса воды решил Шпала. Он открутил пустой бак и на несколько дней погрузил в море, прежде надёжно закрепив. Таким образом тара на сто литров, промытая песком и солёной водой, была готова к питьевой воде. Заготовили обжаренные плоды хлебного дерева, а Валентин Эдуардович натаскал столько мелочей, которые, по его мнению, обязательно пригодятся, что в лодке не осталось места. Максим всё выгрузил, под громкие вдохи шефа, перебрал и оставил самую малую действительно необходимых вещей. Оставалось только надеется на благосклонность погоды и конечно же, фортуны.
14
Новая Зеландия, благоприятный климат, прекрасная природа со своим живым национальным символом — маленькими, потешными птичками киви. Только на просторах Новой Зеландии обитают нелетающие попугаи какапо, толстоклювые пингвины, а также десятки других видов птиц и животных, не встречающихся нигде в мире. Поразительные фьорды, виноградники, вулканы, гейзеры и конечно же Южные Альпы с ледниковыми озёрами. В общем красиво и интересно.
— Надо было сразу сюда лететь — говорила Евгения, раскладывая вещи в спальне миниатюрного, гостевого домика в частном секторе, растянувшегося вдоль побережья. Целую неделю мы посвятили экскурсиям, таская маленькую дочь с собой в рюкзаке-кенгуру. По-моему, ей нравилось, она ничуть не капризничала, а только стреляла по сторонам своими синими глазами.
Я прекрасно понимал, что в районе Зеландии, очень мало островов и скорей всего нет необитаемых. Что-то подсказывало мне, что начинать нужно было с Соломонова моря, где между Папуа-Новой Гвинеи, Соломоновых островов и ниже к Вануату было немало островков. Именно в том районе намного больше шансов отыскать оторванных от мира людей, нежели здесь. Я решил не тратить силы и время на Зеландию и позже, когда мы вдоволь насладимся местными достопримечательностями, отправиться в Папуа-Новую Гвинею.