1
— Дети, я в магазин. Сидите смирно, окно не открывать. — Потому что снег уже выпал? — Потому что дед уже выпал.
София Де Маро сидя за своим рабочим столом, перекладывала документы. Стопка слева уже была в разы меньше чем кипа бумаг справа… Кукушка громко прокричала «ку-ку» ровно шесть раз. Отложив документы, женщина вышла из-за стола. Она была чем-то встревоженна. Что-то её волновало, какой-то толикой души, мелким осколком, оставленным после того, как сердце её разбилось, утопая в реке собственной крови, она понимала, что поступает неправильно. Её душа металась в бездне непонимания, боясь своим
решением упасть на самое дно её пустоты…
Предательство — вот что она получила сорок пять лет назад. Расплата — вот что их ожидает сейчас…
Сжав кулаки, женщина согласно кивнула словно бы решив для себя что-то. Словно пообещав что-то сейчас самой себе…
Конечно же она будет готова к последствиям и будет готова к тому, что ожидает её после завершения ритуала, но… нет, ей не жалко эту семейку. Пусть будет так как должно быть, они все получат то, что заслужили. А поэтому… вперёд! Назад дороги нет!
Вытащив из огромного трюмо старый сундук, женщина вынула из него ручку чёрного цвета. Она больше походила на перо, вот только чернила к нему не прилагались…
Взяв в руки эту диковину, София провела её острой стороной по своей ладони и начала читать заклинание:
— «Cinis cinerem, tenebrae sunt tenebrae fata contra, Deponet iniquitates meae deprecor volunt!»
Закончив читать, женщина, прикусив кончик языка, сплюнула на перо. В этот самый момент в дверь позвонили. Улыбнувшись, София отправилась встречать дорогую гостью…
*********************************
Сорок лет спустя…
Вечерний город в сгустившихся сумерках поражает воображение и преображается. Обычные днём улицы неузнаваемы. Парки становятся тёмным лесом, подворотни — тёмными и неприятными для взгляда провалами. Так и ждёшь подвоха. Но это возбуждающее нервы и бодрящее чувство. В общем и целом получается так, что такими прогулками заменилась игра в куклы. Тоже взросление. Кажется, что мы перерастаем свои детские забавы, но если копнуть глубже, то оказывается, что это не совсем так.
А я пошла на свидание с ночным городом. Ведь всегда остаётся что то новое и неизведанное. И знакомый прежде город откроется с другой стороны…
Я шла по набережной, в воздухе стоял удивительный аромат хвои и пихты, что росли неподалёку от того места где я проходила сейчас, а именно в хвойном парке, где обычно было очень людно…
Я шла мимо парка, путь мой проложен был аккурат вдоль высокой стены, что отделяла новостройки от обычного района… И шла я не одна, а с подругой. И подруга моя… простите порой бывает настоящей кретинкой!
Мимо нас проехала машина, она резко остановилась и дала назад…
Стекло опустилось и лицо явило себя миру, а вернее нам с Анжеликой… Мда, а лицо то аккурат кавказкой национальности… друзья с Кавказа сидящие рядом с водителем хрюкнули что-то на своём родном, а уже потом до нас донёсся ломаный русский
— Эй, дэвуушке, давай подвэзу?
— Ноги есть, дойдём!
Анжи задрала вверх голову и толкнула меня в спину, мы зашагали дальше, машина медленно так покатила следом…
— Да лэадно…
— В попе прохладно!
Включила стервозу и зашагала дальше. Я как идиотка побежала следом… Вообще, настроение сегодня было ну просто капец какое… мэрзэсть… Но у меня!!! С чего бы Анжелике злиться???
— Чего злой такой???
— Обкакалась!
— Эй, красывый!!!
Вторая морда явно была не намерена так просто сдаваться. — Врэма нэ подскажэшь?
— Конечно. — Резко остановившись, Анжи закатала рукав рубашки и посмотрев на часы, которых на её руке и впомине не было, мило улыбнулась: — Беспятнадцати… идите на х…!
— Ух, какой красывый и какой злой! Это у тэбэ мужчины давно нэ был… Кобылэ всадник нужэн!
Я так и охренела… всадник??? Мда какой всадник? Апокалипсиса что-ли??? Ну всо! Попали вы бедняжки…
— Я сейчас возьму твою… и… и… а потом… … …!!!!
Я промолчала, и предательски поспешила прочь… машина преследовала нас ещё минут десять и громко сигналила, а потом им видимо надоело или нам с ними было не по пути дальше, и мы остались одни… Идём такие по улице, возвращаясь со смены в кафе, где работали официантками, мимо проезжающие машины громко пиликают, сигналят подвыпившие водители
— Пипикают, вот козлы…
Прошли мы дальше, я смотрю тишина…»
— Я иду такая вся злая и ни одна сволочь даже не пикнет, вот козлы!»
Прошли мимо детской площадки и завернули за угол…
Ах да, вот. Это я.
Королёва Ярослава Олеговна. Двадцати лет от роду, живу себе такая, просто типа существую на свете и никому нафиг не нужна. Меня моя мамаша сдала в детский дом сразу после моего рождения, почему никто не знает, вроде как мамаша и ее родители из обеспеченной семьи, а уж кто мой папашка никто не знает… и я в том числе. Нет, меня потом спустя десять лет собирались дед с бабкой забрать, но я уперевшись руками и ногами, вопила, что никуда не поеду… вообщем настроены они были серьезно.