«Была не была. Рискованно, конечно, но коли не попробовать, так потом жалеть придется. Лишь бы только не тяпнула».
Не замедляя бег, Егор снял со спины сошку для пищали - длинную, заканчивающуюся раздваивающейся рогатиной. Если ее перевернуть, получится та же самая змееловка из книг. Перехватив инструмент поудобнее, Егор в несколько прыжков догнал змеиный конвой...
- Ты что это задумал? - раздался позади встревоженный голос Нюрки.
Но Егор не ответил, он сосредоточенно прицелился и точным ударом прибил отставшую змею к известняковому полу. Есть! Рогатина зажала в тиски начавшую бешено извиваться гадюку, но застрявшая голова не давала ей вырваться. Неожиданно раздавшийся громкий звук заставил мальчика вздрогнуть: другие змеи, одновременно зашипев, остановились и повернули головы в его сторону. Это что же получается, они чувствуют, когда их сородичам грозит опасность? Гадюки продолжали шипеть, покачивая головами, и Егор понял: нанеси он сейчас плененной змее хотя бы единичку урона, и они все сразу бросятся на него.
Нюрка, бессвязно выругавшись, остановилась и посмотрела на него круглыми от испуга и удивления глазами. Гадюки по-прежнему принимали угрожающие позы, но нападать не решались. А спустя полминуты, очевидно, поняв, что их товарке формально ничего не угрожает, вновь принялись догонять горностая с ящеркой, которых уже едва видно было в неверном свете фонарика. Егор же, поначалу вздохнув с невероятным облегчением, только сейчас понял, что не знает, как быть дальше: в книгах-то и в кино пойманных таким образом змей засовывали в плотный мешок, которого у него точно не было.
Казавшаяся отличной идея разбилась о неумелое воплощение.
«Да уж, заварил кашу! - с досадой думал Егор, переводя взгляд с извивающейся под рогатиной змеи на шумную толпу удаляющихся зверей. - И что вот теперь делать?»
Нюрка начала недовольно его подгонять, показывая, что питомцы уже почти скрылись за поворотом. В принципе, оно, конечно, не страшно, догнать будет не так сложно... Особенно зная теперь, куда именно бежать. Но отставать точно нельзя - во-первых, за зверьками гонятся ядовитые змеи, а во-вторых, неизвестно еще, что встретит их за очередным поворотом. Так что срочно взять себя в руки, довершить начатое и - в погоню.
Почувствовав, как сердце не просто ушло в пятки, но и попыталось вовсе выскочить из тела, Егор резким движением перехватил змею за шею (или будет правильнее сказать «основание головы»?), одновременно убирая сошку. Оказывается, гадюки такие сильные, и ведь не скажешь. Вон как извивается, пытаясь вырваться. Главное, чтобы не изловчилась и не ужалила. А то ведь с противоядиями даже в поселке беда, чего уж говорить о них с Нюркой.
- Ненормальный, - проворчала девчонка. - Выбрось ты ее, и давай прибьем.
- Потом, давай пока дальше поспешим, - Егор ушел от прямого ответа и кивком указал на уходящую в темноту галерею.
Нюрка вздохнула, махнув рукой, и побежала вперед, светя фонариком. Луч заполошно метался по стенам, добавляя в общую атмосферу тревоги, а пытающаяся вырваться из рук Егора гадюка и вовсе превращала происходящее в какую-то невероятную фантасмагорию.
«Интересно, - думал Егор, уже постепенно привыкнув к тому, что у него в руке извивающаяся рептилия, - как это должно выглядеть со стороны? Ящерица с горностаем убегают от шипящих гадюк, следом бежит девочка с ручной митральезой, а за ней - паренек со змеей...»
Коридор тем временем пошел под уклон, стал будто бы шире и немного светлее. Мальчик уже стал различать трещины на стенах и камни под ногами, даже если луч нюркиного фонаря не светил на них. Впереди по-прежнему гадюки гнались за его питомцами, безуспешно пытаясь разорвать дистанцию. Да уж, дела...
Внезапно в коридоре стало светло как на поверхности в ранних сумерках, а потом так же резко он превратился в просторную каменную залу. С потолка свисали огромные сосульки, называемые, как вспомнил Егор, сталактитами, на полу же местами попадались влажные наросты. Словно тело пещеры вспучилось известняковыми язвами, рядом с которыми таились опасные лужицы - мальчик даже один раз чуть не упал, поскользнувшись.
Впереди забрезжила полоска света, и Нюрка закричала:
- Смотри! Похоже, это и есть бухта!
- Тише! - зашипел Егор. - Вдруг привлечешь кого-нибудь!
Девчонка мгновенно замолчала, даже ладошкой рот прикрыла. Так, а почему змея прекратила сопротивляться? Не придушил ли ее незадачливый «зверознатец»? Егор на бегу приподнял уже слегка затекшую руку, в которой держал гадюку, всмотрелся - гад и впрямь выглядел поникшим, откинув голову набок и повиснув длинным телом словно плеть. И тут появившееся сообщение внесло ясность.